Философия войны

Герои войны

Карл Филипп Готтлиб фон Клаузевиц был практически обыкновенным армейским, второстепенным деятелем за спиной великих прусских армейских реформаторов – Шарнхорста и Гнейзенау. Его смерть в первой половине 30-ых годов девятнадцатого века мало кто увидел. Слава пришла к Клаузевицу по окончании смерти благодаря его трактату «О войне».

По данной книге обучался Мольтке, её хвалил Энгельс, цитировал Ленин и ругал Сталин.

Ранние годы

Сейчас мы пишем фамилию Клаузевица с аристократической приставкой «фон», не смотря на то, что данный человек не имел знатного происхождения. Будущий армейский теоретик появился 1 июня 1780 года в семье, в которой мужчины становились профессорами и священниками, а не армейскими. Папа Карла первым в роду отошёл от служения вере и разуму, выбрав военную стезю, а по окончании выхода в отставку являлся акцизным государственным служащим.

Семья вычисляла себя дворянской, но основания для этого всегда были шаткими.

Шаткой и неустроенной была и сама жизнь этого «полудворянина». Неопределённость социального статуса Карла фон Клаузевица и, как следствие, трудности со вступлением в законный брак с аристократкой Марией фон Брюль, которую он весьма обожал, накладывались на головокружительные перипетии Наполеоновской эры, чуть не погубившей его родную Пруссию. Всё это оказало влияние на натуру Клаузевица, всё время ощущавшего себя одиноким и чужим.p

Это был амбициозный и болезненно самолюбивый человек, одновременно с этим довольно часто испытывавший неуверенность в собственных силах. Русский военный и генерал теоретик А. Е. Снесарев писал о нём:

«Только богато одарённый, одушевлённый пылкой тяготой к деятельности, Клаузевиц в эру громаднейшего простора для всякой одарённой индивидуальности в сфере военно-политической принуждён был постоянно довольствоваться местами второстепенного порядка»

Философия войны
Карл фон Клаузевиц в юности. Предположительно, создатель рисунка – Мария фон Брюль
Источник – clausewitz.com
Учителя Клаузевица

В 1801 году юный офицер поступил в Берлинскую военную школу, где попал под обаяние её начальника Герхарда фон Шарнхорста. Происхождение Шарнхорста было ещё более низким, чем у Клаузевица – он появился в семье несложного крестьянина и сделал блестящую карьеру только благодаря своим талантам. Поднявшись во главе Берлинской школы, Шарнхорст задался амбициозной целью – дать своим ученикам способ изучения войн, не сделав их рабами какой-либо одной военной теории.

До Шарнхорста военная идея опиралась, в основном, на опыт неторопливых и методичных войн «традиции эпохи» и галантного века Просвещения с их верой во всемогущество разума. Так, авторитетный прусский армейский мыслитель барон Генрих Дитрих фон Бюлов ставил во главу угла «базу операций», другими словами укреплённую линию складов, благодаря которым возможно систематически снабжать войска всем нужным.

Под словом «база» Бюлов осознавал линию, из крайних точек которой возможно совершить две линии к объекту операций (армии соперника либо его столице). В случае если эти линии пересекутся под углом 90 градусов либо более, значит полководец заложил достаточно широкую базу снабжения, выбрал объект атаки не через чур на большом растоянии от неё, и его ожидает успех. В конце XVIII–начале XIX века такие «геометрические» и очень далёкие от действительности умственные построения были сметены стремительными действиями наполеоновских армий.

Как раз этого «геометрического» догматизма стремился избежать Шарнхорст, проповедуя идею о том, что военная теория должна быть основана опыте, забранном из военной истории, и лишь так возможно соединить практику и теорию. Эта идея имела огромное значение для всей германской военной науки. Помимо этого, Шарнхорст прививал своим ученикам внимание к подробностям, считая, что подробное изучение нескольких эпизодов одной кампании нужнее, чем неспециализированное знакомство с целыми эрами.

Все эти идеи брал на вооружение и Клаузевиц, взявший от собственного учителя не только методику, но и протекцию, которая разрешила ему сделать пара шагов вверх по служебной иерархии.

Период 1801–1805 годов был для Клаузевица временем интенсивного обучения. Не считая всего другого, он посещает лекции Иоганна Кизеветтера – одного из основных апологетов кантианства. Именно поэтому Клаузевиц познакомился с философией Канта, у которого позаимствовал стиль мышления.

Кант пробовал соотнести мир каким мы его видим с миром, существующим в действительности – позднее Клаузевиц сделает то же самое по отношению к войне, неизменно пробуя соотнести военную теорию и настоящий армейский опыт.

Герхард фон Шарнхорст. Картина Л. Бургера (1863 год)
Источник – belisarius21.wordpress.com

Помимо этого, юный офицер прочёл все главные армейские произведения XVI–XVIII столетий, из которых наисильнейшее впечатление на него оказал Никколо Макиавелли. Основное, что позаимствовал Клаузевиц у великого флорентийца, – холодный и реалистичный взор на собственный предмет, умение расчётливо соотнести средства и цели. «Никакое чтение, – сказал Клаузевиц, – не принесёт таковой пользы, как чтение Макиавелли».

Необузданные страсти сражений XVI и XVII столетий завлекали Клаузевица значительно больше, чем «вежливые» войны XVIII столетия. Бюлов с его базами операций казался Клаузевицу апогеем военной лжеучёности, что, увлекаясь измерением углов, ни слова не говорит о главном – гении полководца и духе солдат.

В войнах против Наполеона

В 1806 году Пруссия вступила в войну против Наполеона, и скоро её армия, вести войну по канонам XVIII века, была разгромлена при Йене и Ауэрштедте. Капитан Клаузевиц учавствовал в этом двойном сражении и поделил с армией печаль фиаско. На главную причину этого поражения очень совершенно верно указала прусская королева Луиза: «Мы почивали на лаврах Фридриха Великого…».

Сейчас Пруссия начала реформы в армии, каковые к середине XIX столетия сделают её высококлассной «боевой машиной». В стране показалось военное министерство, в армии отменялись телесные наказания, на работу привлекались офицеры незнатного происхождения. Помимо этого, отходили в прошлое наёмники (каковые в 1806 году составляли около офицеров и трети солдат), и в армиях стали больше внимания уделять точности стрельбы и действиям в рассыпном строю.

Одним из основных авторов этих реформ стал Шарнхорст. Сам Клаузевиц сейчас трудился под началом собственного учителя и жаждал при первом эргономичном случае забрать реванш у французов.

В феврале 1812 года Пруссия, к отчаянию и ярости собственных молодых патриотов, заключила альянс с Наполеоном. Кое-какие офицеры, среди которых был и Клаузевиц, отрицательно восприняли такое ответ прусского короля и срочно просили об увольнении. Сейчас лишь одна страна имела возможность дать им шанс опять вступить в бой с французами, и 6 июня 1812 года Карл фон Клаузевиц надевает русский мундир.

Действительно, в великих для России событиях 1812 года Клаузевиц сыграл очень скромную роль, поскольку не знал русского и столкнулся с характерным недоверием к чужестранцам. Только в один раз он смог серьёзно послужить русскому императору, в то время, когда в конце 1812 года в качестве парламентёра отправился в штаб-квартиру прусского генерала Людвига Йорка, сражавшегося на стороне Наполеона. Клаузевиц сумел склонить осмотрительного генерала к подписанию Таурогенской конвенции и фактическому переходу на сторону русских.

Карл фон Клаузевиц в форме полковника Свиты Его Императорского Величества по Квартирмейстерской части (ок. 1813 года). Картина малоизвестного живописца
Источник – clausewitz.com

Память о связи с реформаторами и переходе на русскую работу шлейфом тянулась за Клаузевицем и мешала его предстоящей карьере. Он не сыграл громадной роли в заграничных походах русской армии и лишь в 1814 году был принят обратно на прусскую работу. Армейский теоретик так и не стал успешным практиком, но по окончании продолжительного периода Наполеоновских войн жизнь опять вошла в привычное русло.

Клаузевиц возглавил Военную школу и вместо поля для деятельности, которой он жаждал, взял досуг для спокойных отвлечённых занятий. В 1816–1831 годах он написал воистину великую книгу – трактат «О войне».

Главные идеи: война

Способ – это то, что выделяло Клаузевица из неспециализированной массы армейских теоретиков XIX века. Начав работу над собственным произведением, Клаузевиц планировал не написать очередную инструкцию для полководцев, а создать полную теорию войны, актуальную на все времена и для всех событий, проходящую любую диагностику опытом, логикой и историей.

Для этого требовалось осознать, что такое война по большому счету. Клаузевиц выбирал в уме войны, каковые человечество вело в течение собственной истории, дабы уяснить, что именно есть неотъемлемым элементом войны как феномена. Тут ему понадобились лекции Кизеветтера о Канте.

Клаузевиц логически вывел понятие «безотносительной войны» – ни при каких обстоятельствах не происходившего в конечном итоге безбрежного насилия с крайним напряжением сил с обеих сторон. После этого Клаузевиц обратил внимание на то, что представляет собой война в конечном итоге. Как раз реальности и постоянное сопоставление теории стало яркой чертой его философского стиля.

Графиня Мария фон Брюль – супруга Клаузевица, издавшая трактат «О войне». Живописец – Ф.-Ж. Кинсон
Источник – clausewitz.com

Клаузевиц показывал на то, что в центре феномена войны лежит принуждение. Не снабжение, не крепости, не «базы операций», не манёвр, не администрирование, не плац-парады, в частности принуждение. «Уничтожение неприятельских армии, – писал он в книге, – первенствующая и преобладающая цель из всех, каковые смогут преследоваться на войне». На данный счёт армейский специалист Антулио Эччевария остроумно увидел: «Клаузевиц вернул бой в центр стратегии, как Коперник вернул Солнце в центр Вселенной».

В книге Клаузевица война обрисована мрачными красками – это царство насилия, опасности, страданий и неожиданностей, где человеческие чувства означают больше, чем самый узкий расчёт. Помимо этого, Клаузевиц предугадал, что династические войны скоро отойдут в прошлое, а им на смену придут войны наций:

«Не король вести войну против короля и не армия против армии, но один народ против другого, а в народ включены и король, и армия».

Главные идеи: случай

Одна из самых гениальных мыслей Клаузевица выражена следующим образом:

«Никакая вторая людская деятельность не соприкасается со случаем так всесторонне и без того довольно часто, как война».

По Клаузевицу, война – это «область недостоверного», где от случая зависит многое. Армейские мыслители прошлого пробовали исключить случайность из собственных рассуждений, в то время как Клаузевиц отводит этому великому малоизвестному «иксу» одно из наиболее значимых мест в собственном трактате. Разумеется, что полководец не в силах просчитать каждую неожиданность, а потому действия соперника, превратности войны и психология воинов рождают для него новые комбинации и всё новые факторов.

Полководец пробует двинуть собственную военную машину в нужном ему направлении, но она движется, оказывая собственному начальнику сопротивление, которое Клаузевиц назвал «трением».

Карл фон Клаузевиц (1830). Живописец – В. Вах
Источник – thedailybeast.com

Это «трение» знакомо любому человеку, пробующему не опоздать на серьёзную встречу. Очередь перед турникетом в метро, авария на дороге, дотошный охранник на входе – всё это может задержать его в пути. Исходя из этого, выходя из дома, мы закладываем 10–15 мин. запаса времени.

На войне происходит то же самое – полководец не может быть уверен, что ординарца, передающего его приказ подчинённому, не убьют по пути, что подчинённый верно осознает план начальника, а ливень, нехорошие дороги, некачественное питание воинов и ещё тысяча и одна мелочь не помешают ему выполнить распоряжение. Опоздав на встречу, вы извинитесь и начнёте разговор, на войне же пренебрежение «трением» может стоить весьма дорого. Исходя из этого на войне несложной, понятный и легко исполнимый замысел часто бывает лучше, чем изощрённая комбинация.

Читатели романа «Война и мир» точно не забывают, как австрийский стратег Вейротер усыплял Кутузова и целый русский генералитет своим сложным и продуманным до последней подробности замыслом сражения при Аустерлице в 1805 году: «Die erste Kolonne Marieschirt… die zweite Kolonne Marieschirt… die dritte Kolonne Marieschirt…» [«Первая колонна марширует… вторая колонна марширует… третья колонна марширует…»]. В то время, когда сражение началось, часть колонн опоздала подойти вовремя, а вторая часть начала действовать не по замыслу.

Результатом всего этого стали поражение и неразбериха армий коалиции против Наполеона. В русской Академии Генштаба творение Вейротера продолжительное время являлось образцом того, как не нужно составлять замыслы.

Мысль «трения» выяснила то, как будет трудиться прусский Генштаб при Мольтке. Планирование войны будет осуществляться лишь до момента соприкосновения с соперником, прусские армейские начнут обширно использовать тактику миссий (Auftragstaktik), в то время, когда подчинённому задаётся только неспециализированная цель, а выбор средств её успехи предоставлен его суждению. В будущем прусский Генштаб послужит моделью для многих бизнес-корпораций XX–XXI столетий, и за чтение трактата Клаузевица засядут сотрудники стратегического планирования и отделов маркетинга.

Главные идеи: смелость и ум

Итак, на протяжении войны вам нужно будет вести собственную армию, преодолевая «трение» и волю соперника, двигаясь на ощупь и неизменно ожидая неприятных случайностей. Клаузевиц в первый раз сформулировал привычное всем геймерам понятие «туман войны»:

«Война – область недостоверного; три четверти того, на чём строится воздействие на войне, лежит в тумане неизвестности…».

Дабы рассеять данный туман, полководец обязан владеть прозорливым умом, умением и точным глазомером «скоро улавливать истину». Но этого мало. «Горе той теории, которая делается в оппозиционеров к духу!» – гласила книга. Нарисовав столь отталкивающую картину войны, Клаузевиц не имел возможности не задуматься над тем, что же заставляет полководца и его армию идти вперёд навстречу неизвестности.

Как раз Клаузевиц первым углубился в военную психологию.

Первое издание книги «О войне» (1832)
Источник – antiques.gift

В восемнадцатом веке популярной темой для философских упражнений было размышление над отличием между опрометчивостью и смелостью. На данный счёт Клаузевиц писал, что на войне человеку необходимы два качества – ум и смелость. Они во многом противоположны друг другу и развиваются одно за счёт другого – умом полководец оценивает обстановку, но от этого его уверенность не растёт, а довольно часто лишь значительно уменьшается, исходя из этого армейский человек обязан гармонично сочетать в себе развитый ум и примерную храбрость.

Чем выше положение армейского, тем больше требования и к его уму, и к его решимости. Хороший полководец обязан мочь побороть в себе сомнения, убоявшись более медлительности, чем неизвестности. Чем выше ответственность полководца, тем сложнее это сделать, исходя из этого, отмечает Клаузевиц, люди, демонстрировавшие хорошую храбрость на младших должностях, довольно часто действуют опасливо на высших.

Эта идея знакома всякому, кто вспоминал над карьерой русского генерала А. Н. Куропаткина. В французском Алжире и туркестанских степях данный человек продемонстрировал собственную неоспоримую храбрость. Но позднее, на протяжении Русско-японской войны 1904–1905 годов, поднявшись во главе армии, Куропаткин пугался всякого намёка на обход японцами флангов русской армии, действовал медлительно и нерешительно.

Российская Федерация и Клаузевиц

Многие армейские теоретики стремятся упростить войну и свести её к комплекту понятных принципов и правил, которыми имели возможность бы руководствоваться полководцы. Как раз таким путём отправился современник Клаузевица барон Анри де Жомини, обеспечивший себе положение главного светила военной науки XIX века.

Клаузевиц, наоборот, желал продемонстрировать войну во всей её сложности и остался непонятым не только современниками, но и ближайшими потомками. Он погиб от холеры 16 ноября 1831 года, а в то время, когда в следующем году его вдова опубликовала книгу «О войне», первый её тираж не был распродан. Более того, кроме того сам Клаузевиц при жизни вовсе не был уверен, что его книга поменяет военную науку.

И однако, среди немногих читателей книги «О войне» были знаменательные люди, троих из которых мы назовём. Это Гельмут фон Мольтке, Фридрих барон и Энгельс Николай Медем. По окончании того как пруссаки блестяще разбили австрийцев во второй половине 60-ых годов XIX века и французов в 1870–1871 годах, творец этих побед генерал Мольтке согласился, что определённое влияние на его военное мышление оказала книга Клаузевица.

Именно это признание прославленного полководца предопределило взрыв популярности книги «О войне» в 1880-е годы.

Гельмут фон Мольтке сделал Клаузевица по-настоящему известным
Источник – gotmituns.net

Вероятнее, сразу же по окончании выхода книги её приобрёл барон Николай Медем. Данный человек неизвестен любителям истории, но он сыграл огромную роль в истории русской военной мысли. В тот же год, в то время, когда была опубликована книга «О войне», в Санкт-Петербурге при участии барона Жомини была основана Военная Академия, в которой стратегию преподавал Медем.

Данный юный артиллерист ввёл в собственный курс анализ книги Клаузевица, благодаря чему она не прошла мимо русских офицеров.

Шедшее ещё от Шарнхорста недоверие к громоздким теориям войны прекрасно прижилось на русской земле и стало характерной чертой военной мысли царской России.

Возможно, в Российской Федерации в первые десятилетия по окончании смерти Клаузевица его идеям уделяли больше внимания, чем в других государствах. Неприятность пребывала в том, что «О войне» оставалась непереведённой с германского. Во второй половине 80-ых годов девятнадцатого века показался франкоязычный перевод Клаузевица, выполненный французским полковником де Ватри, а через два года французское издание книги перевёл на русский язык генерал М. И. Драгомиров.

Так Клаузевиц в первый раз «заговорил» на русском, не смотря на то, что и с сильным французским «выговором».

Лишь на рубеже XIX–XX столетий показался первый русскоязычный перевод с оригинала, сделанный генералом К. М. Войде.

Во второй половине 50-ых годов девятнадцатого века «О войне» прочёл Энгельс, что с восхищением написал об этом Марксу. Интерес к прусскому армейскому теоретику испытывали и их русские последователи. Ленин, просматривавший германское издание книги, делал из неё выписки, первой из которых стала сакраментальная фраза: «Война имеется продолжение политики иными средствами».

Советское издание «О войне» (1934)
Источник – avito.ru

В первой половине 30-ых годов XX века в СССР вышло новое издание «О войне», по окончании чего она два раза переиздавалась ещё в довоенные годы. Как мы знаем, что один из её экземпляров был в библиотеке у Сталина. По окончании 1945 года почтительное и внимательное отношение к произведению Клаузевица сменилось на резкую критику, а коммунистический армейский историк Е. А. Разин, пробовавший противостоять этому, взял выговор от Сталина. «Вождь народов» писал:

«Всякому известно, с каким уважением относились армейские всей земли, среди них и отечественные русские армейские, к армейским авторитетам Германии. Необходимо ли покончить с этим незаслуженным уважением? Необходимо покончить.

Ну, а для этого нужна критика, в особенности с отечественной стороны, со стороны победителей Германии».

Практически сразу после сталинского письма Разин был арестован, а после этого послан в лагеря. Решение суда же самому Клаузевицу вынесло 2-е издание Громадной Советской Энциклопедии:

«КЛАУЗЕВИЦ, Карл (1780–1831) – прусский генерал, один из армейских теоретиков мануфактурного периода войны, наибольший представитель германской реакционной военной идеологии. Военно-теоретич. работы К. питали германскую творчество и военную мысль многих буржуазных военных деятелей впредь до второй мировой 1939–45 и употребляются идеологами империалистич. агрессии в подготовке к новой всемирный войне».

Перечень литературы:

  1. Клаузевиц К. О войне. М.: Римис, 2009
  2. Paret P. Clausewitz and the State: The Man, His Theories, and His Times. Princeton Univ. Press, 2007
  3. Снесарев А. Е. труды и Жизнь Клаузевица, http://militera.lib.ru/bio/snesarev_ae01/index.html
  4. Paret P. Clausewitz // The Makers of Modern Strategy from Machiavelli to the Nuclear Age, ed.by P.Paret. Princeton Univ. Press, 1986
  5. Getty H. The Return of the Clausewitz // The Economist, http://www.economist.com/node/1010336
  6. Echevarria A. Clausewitz and Contemporary War, https://www.youtube.com/watch?v=otJp3Qt7Vuw
  7. Медведев Р., Медведев Ж. Малоизвестный Сталин. М.: АСТ, 2011

Удивительные статьи:

Похожие статьи, которые вам понравятся: