Карл великий и рыцарь роланд

800 год отечественной эры был ознаменован очень интересным событием – фактическим восстановлением Западной Римской империи. Во главе её поднялся старший сын короля франков Пипина Маленького, потомок и варвар тех самых дикарей, что 324 года тому назад сокрушили Рим. Новый титул, утверждённый Папой римским, звучал следующим образом: «Карл, милостивейший и возвышенный, коронованный Всевышним, великий властитель-миротворец, правитель Римской империи, милостью Божьей король франков и лангобардов».

С юридической точки зрения новообразованная империя франков, в первой половине 60-ых годов десятого века трансформировавшаяся в Священную Римскую империю, была прямой правопреемницей древнего Рима и просуществовала до 1806 года – сиречь, ещё 1006 лет. Это может показаться казусом, но формально Римская империя являлась действующим страной непрерывно с 27 года до нэ (начало правления Октавиана Августа), после этого императорский титул «переехал» в Византию, после этого был возрождён на Западе и совсем был упразднён лишь в десятнадцатом веке – другими словами, история Римской империи насчитывает 1833 года. Повторимся – строго юридически…

Но возвратимся в город Рим под Рождество 800 года, в то время, когда отец Лев III короновал императорским венцом короля франков Карла, к тому времени заслужившего прочную репутацию справедливого правителя и отличного полководца, сумевшего объединить под собственной рукой многие земли и германские племена. С политической точки зрения это было поворотное событие в западноевропейской истории – усиливающееся папство, нуждавшееся в защите мирских владык, отныне делается непререкаемым духовным авторитетом, потому, что только отец был в праве короновать новых императоров.

Карл Великий же взял зримое подтверждение божественного происхождения собственной власти. Византийцы, очевидно, остались обиженны, потому, что претендовали на уникальность и единственность императорского титула и вычисляли коронацию Карла незаконной, но Константинополь был на большом растоянии, и франки не очень обращали внимание на вывод тамошних кесарей.

Карл великий и рыцарь роланд
Карл Великий (миниатюра XIV века)

Итак, эпоха и Тёмные века безжалостных завоеваний закончились. Тут хотелось бы сделать маленькую ремарку довольно культурной составляющей того времени. В большинстве случаев под словами «Ренессанс» либо «эпоха ренесанса» мы подразумеваем историческую эру XV–XVII столетий, но в конечном итоге европейских ренессансов было три – renaissance carolingienne (каролингское Восстановление), renaissance du XIIe siecle (Восстановление XII века) и, очевидно, позднейший Ренессанс в классическом понимании.

Каролингское восстановление по окончании важного упадка Чёрных столетий являлось первым в истории бывших дикарей резким всплеском культурной и интеллектуальной активности – начали развиваться «семь свободных искусств», раскрывались школы, в монастырях планировали богатые библиотеки. Как раз из времён каролингского восстановления и ведёт собственную родословную эпическая поэма «Песнь о Роланде», ставшая потом для французов знаком нации, приблизительно как для немцев «Песнь о нибелунгах» либо «Калевала» для финнов.

Повествует «Песнь о Роланде» об одном из эпизодов далеко не самого успешного похода Карла Великого в Испанию, прошедшего в 778 году. Давайте давайте разберемся, что же в действительности тогда случилось, кто таковой Роланд, выведенный в поэме примером безукоризненного рыцаря, и какова настоящая история битвы в Ронсевальском ущелье.

Саксонское направление

Сражался Карл Великий большое количество, настойчиво и фактически без перерывов – возможно заявить, что всю сознательную судьбу, начиная с четырнадцати лет, он совершил в седле. Королевству франков неприятель угрожал с многих направлений, но основная опасность исходила с востока, из-за Рейна, где были расселены бессчётные и агрессивные племена саксов. Часть их в компании с другими древними германцами – англами, фризами и ютами – ещё в пятом веке отправились завоёвывать Британию, в чём саксы преуспели.

Но ядро саксонского народа, складывавшегося из нескольких больших племён (вестфалы, остфалы, энгры), осталось на материке, и, в отличие от обосновавшихся в Британии сородичей, категорически отказывалось принимать христианство, как многие другие варвары. Неудача миссионерской деятельности в Саксонии частично разъясняется тем, что ко мне не распространялась романизация, и саксы не взяли собственную часть древнего наследия, подобно франкам либо лангобардам, и расстояниями и практически непроходимыми лесами – эти территории для Европы эры раннего Средневековья были настоящей Terra Incognita.

Карл являлся человеком и христианским государем глубоко верующим, а потому соседство с язычниками было не только военно-политической проблемой, но и религиозной – король франков был глубоко уверен, что ему как монархунужно нести евангельский свет многобожникам. направляться добавить, что и саксы с франками не очень церемонились – набеги и пограничные конфликты на королевство не прекращались, подданных Карла пленили и реализовывали в рабство, страдали церкви и монастыри. Саксонским безобразиям следовало положить финиш, чем Карл Великий и занялся, начиная с 772 года.

Первый рейд в глубину языческих земель был нацелен на большое саксонское поселение Эресбург (сейчас Обермарсберг, к югу от Падерборна). Это древесное и земляное упрочнение пребывало на плато четырёхсотметровой высоты с отвесными склонами – лишь с южной стороны армия имела возможность подойти к крепости. Кстати, эта гор осталась фактически неизменной до наших дней.

Карл мгновенно забрал Эресбург штурмом и низверг пребывавший рядом в священной роще Ирминсул – объект поклонения язычников в виде Мирового древа. В Эресбурге был покинут солидный гарнизон и основан христианский храм, но три года спустя саксы отбили крепость обратно, стёрши с лица земли всех её защитников и, конечно же, клириков. Карл Великий разозлился и жёстко решил довести саксонскую кампанию до логического финиша – другими словами, покорить и христианизировать все племена саксов и включить их почвы в состав собственного королевства.

Империя Карла Великого на начало его правления (коричневый) и с завоёванными территориями (зелёно-светло синий)

В течении 775–777 годов Саксония была повержена – Карл, припомнив древнеримскую тактику, основывал на отвоёванных почвах крепости, обязанные являться опорными точками обороны и центрами распространения христианства. Один из саксонских вождей, Видукинд из племени вестфалов, бежал на север, к данам, откуда подготовил большое восстание против власти короля – армия франков была полностью разбита от язычников в сражении при Зюнтеле в первой половине 80-ых годов VIII века, но Карл Великий был человеком до крайности упорным.

Снова собранное войско ураганом прошло через Саксонию до реки Везер – это была показательная акция устрашения, франки сжигали и разрушали деревни и бурги, не испытывая ни мельчайших угрызений совести: язычники ранее притворно крестились и поклялись в верности королю, но после этого поменяли и новой вере, и Карлу. За это должно было последовать самое суровое, но справедливое, наказание – 4500 мятежников племенные вожди выдали франкам и, по одной из предположений, все они были обезглавлены (decollabat), а по второй – переселены (delocabat). Компромиссная интерпретация этих событий такова: казнили лишь зачинщиков, а главную массу военнопленных вправду послали на постоянное жительство в королевство франков, где они были ассимилированы.

Ещё десятилетие ушло на частичное умиротворение Саксонии, почвы которой были распределены между приближёнными Карла Великого и преобразованы в герцогство, которое унаследовал третий сын императора Людовик II Немецкий, ставшее после этого одной из наиболее значимых частей королевства Германия. Совсем Саксония покорилась во второй половине 90-ых годов восьмого века, в то время, когда Карл Великий признал политическое и юридическое равноправие франков и саксов.

Карл и Роланд Великий

Нужно в обязательном порядке подчернуть, что эпическая «Песнь о Роланде» датируется XII веком, другими словами обрисовывает события фактически четырёхсотлетней давности. Автором рукописи считается некоторый Турольд, социальный статус и чьё происхождение доподлинно не известны, но нет никаких сомнений, что поэма, созданная ориентировочно в 1170–1180 годах, есть только записью устной традиции, развивавшейся в течении столетий.

Краткий сюжет таков: король Сарагосы Марсилий (выведенный язычником, а не мусульманином) решает принести клятву верности Карлу Великому, героически завоевавшему Испанию в течение семи лет – простое для эпоса преувеличение. Граф Бретонский Роланд отвергает соглашение с маврами, но его соперник граф Ганелон настаивает на принятии предложений Марсилия и решается на измену с целью погубить Роланда.

Ганелон подговаривает Марсилия напасть на арьергард армии Карла Великогопод руководством Роландом. Войско попадает в засаду язычников, его спутники и Роланд героически погибают, не дождавшись подхода помощи. За измену Ганелона постигло Божье наказание, но этим было не вернуть «примерного воителя», ставшего примером для многих поколений рыцарей.

Битва Роланда с басками (миниатюра XIV века)

Итак, давайте посмотрим на эпос иначе – а что, фактически, информируют нам летописцы об Испанском походе Карла Великого? Перво-наперво требуется напомнить, что в V–VI столетиях германские племена вестготов завоевали и колонизировали Испанию, создав в том месте Толедское королевство, просуществовавшее до начала VIII века. Арабская экспансия из Северной Африки стала причиной разгрома- страны вестготов – только на севере полуострова упорно держалась Астурия, потом королевство Леон, ставшее главным плацдармом для будущей Реконкисты.

Для христиан-франков не существовало принципиальной отличия между вышеупомянутыми язычниками-арабами и саксами-мусульманами – в тонкости богословия «неверных» вникали разве что учёные монахи, но не политики и полководцы. Не христианин – значит, неприятель, но кроме того с неприятелем при необходимости возможно договориться.

Во второй половине 70-ых годов восьмого века, именно в разгар саксонской кампании, ко двору Карла Великого, пребывавшего в Падерборне, прибывает консульство мавров от правителя Сарагосы Сулеймана Аль-А’рабия. Дело в том, что мусульманские феодалы Испании были очень обиженны правлением эмира Кордовы Абд ар-Рахмана из семейства Омейядов – эмир стремился присоединить Испанию к халифату и старательно подавлял вольницу окрестных эмиров, не хотевших подчиняться Кордове.

Сулейман Аль-А’рабий решил молить о помощи у неверных, благо был осведомлён, что Карл Великий владеет могучим войском. Карл соглашается, не обращая внимания на длящиеся беспокойства в Саксонии.

Замысел был таков: Барселона и Сарагоса поднимают восстание против Омейядов, армия франков приходит к ним на помощь. Гладко, как в большинстве случаев, не редкость лишь на бумаге, а самый глубочайший овраг на пути Карла Великого выкопал лично эмир Сулейман Аль-А’рабий – мятеж начался через чур рано, пока франки ещё пребывали за Пиренеями, и, очевидно, был подавлен. Эмира изгнали из Сарагосы, обитатели города отказались открывать ворота «христианскому халифу», было нужно затевать осаду по всем правилам.

В данный самый момент вестники доставляют Карлу Великому сообщение об очередном восстании в Саксонии – был принято решение покинуть сарацин в покое и спешно возвращаться.

По дороге на север армия проходит через герцогство Васкония, формально признававшее сюзеренитет короля франков, но в конечном итоге свободное – это было государство агрессивных и строптивых басков, чей национальный темперамент не изменился и поныне. Попутно Карл берёт Памплону и двигаетсядальше. Из-за чего как раз разладились отношения между христианами-христианами франками и-басками – мы, возможно, уже ни при каких обстоятельствах не определим, но факт остаётся фактом – баски решили напасть на арьергард королевского воинства.

Ронсевальская битва (средневековая миниатюра). Соперника Роланда изображены сарацинами

Как сказал философ Вильгельм Оккам, самое простое объяснение в большинстве случаев есть самым верным – арьергард закрывал обоз армии, нагруженный забранной в Испании добычей, другими словами, вероятнее, события в Ронсевальском ущелье были очевидным грабительским набегом. Руководил франками граф Бретани Хруодланд, о котором точно известно только то, что к моменту битвы, состоявшейся 15 августа 778 года, Хруодланду/Роланду было 42 года и он являлся родственником Карла Великого – по легенде, племянником.

Предположительно, засада была устроена басками на ветхой римской дороге, ведущей из Астурии через Памплону в Бордо и проходящей через Ронсевальский перевал в северной части Пиренейских гор. Современными исследователями численность франков под управлением Хруодланда оценивается 10–15 тысяч людей – фактически все они погибли, чем и разъясняется шок, испытанный франками по окончании поражения от рук басков, которых тогда вычисляли чуть ли не дикарями.

Так или иначе, по окончании неожиданного нападения франки не сумели дать отпор и были перебиты, обоз разграблен, а горцы без всяких последствий скрылись с добычей. Среди жертв резни был не только граф Бретонский, но и другие приближённые Карла Великого – первый стольник короля Эггард и пфальцграф Ансельм.

Возвышенная история, изложенная в позднейшей «Песне о Роланде», испаряется вместе с большинством персонажей поэмы. На отряд графа Хруодланда напали не «язычники» во главе с «королём Марсилием», а, возможно сообщить, собственные же – христиане. Коварный изменник Ганелон, чьё имя во французской традиции стало синонимом предательства, жил на полстолетия позднее – известна достаточно невнятная и не через чур подробная история измены епископа Сенского Венилона (Ганелона) внуку императора Карла Великого, королю Карлу Лысому, в пользу Людовика Германского. «Литературный» Ганелон ухитрился попасть кроме того в «Божественную комедию» Данте Алигьери, что поместил предателя в Коцит, последний круг ада (Песнь XXXII):

«…А вдруг спросят, кто ещё, то вон –

Тут Беккерия, ближе братьи другой,

Которому нашейник рассечён;

В том месте Джанни Сольданьер потупил очи,

И Ганеллон, и Тебальделло с ним,

Тот, что Фаэнцу отомкнул средь ночи».

Мы отошли, в этот самый момент глазам моим

Предстали двое, в яме леденея;

Один, как шапкой, был накрыт вторым…

За столетия, прошедшие по окончании событий в Ронсевальском ущелье, образы храбрецов приспособились в соответствии с духом времени. Пошлый бессмысленная гибель и грабёж обоза большого франкского отряда в поэме преобразилась в битву добропорядочных рыцарей с силами зла (вероломными язычниками), а образ Роланда делается таким идеализированным, что до сих пор при упоминании этого имени на память приходят понятия «честь», «верность королю» и «безусловная отвага» – другими словами, наиболее значимые добродетели аристократов в феодальном обществе.

Карл Великий оплакивает погибшего Роланда (средневековая миниатюра)

Напоследок необходимо подчеркнуть, что никакого наказания баскам от Карла Великого не последовало – он через чур спешил возвратиться в Саксонию. Имя Роланда со временем стало неотъемлемым элементом мифологии пиренейских народов, включая и басков, что отыскало отражение в топонимике – Па-де-Роланд, Сальто-де-Роланд, Бреча Роландо и без того потом. Наверное, Ронсевальская битва в своё время была весьма громким событием – по большей части, из-за устрашающего числа погибших франков, – что и послужило обстоятельством происхождения прекрасной, но не через чур точной легенды…

Час истины. Империя Карла Великого. Передача первая


Похожие статьи, которые вам понравятся:

Вы можете следить за комментариями с помощью RSS 2.0 ленты. Комментарии и трекбеки закрыты.

Comments are closed.