Китай поддержит иран в мировой войне?

Пекин сообщил собственный слово. Как и ожидалось нефтезависимый и ненавидящий Штаты Китай отправится за Ираном. Правильнее сообщить, поведет Иран за собой.

Китай в среду осудил санкции, каковые США ввели против денежных университетов, сотрудничающих с Нацбанком Иранапо сообщению ИА Франс Пресс ссылаясь на представителей МИДа КНР. «Китай выступает против того, что законодательствопревалирует над нормами международного права и против одностороннего введения санкций в отношении второй страны», — заявил офпред МИД КНР Хун Лэй (Hong Lei).

Ранее передавалось, кардинальное изменение геополитической карты мира началось не день назад, и было обусловлено ликвидацией Восточного блока (государств Варшавского соглашения), что породило вакуум силы во многих регионах. Вместе с тем эти кардинальные трансформации были позваны прежде всего принудительно-силовым трансформацией баланса сил в регионах и активной помощью деструктивных течений. И в том, и в другом случае главным действующим лицом были и являются США, и их европейские союзники.

pГлавной изюминкой этого деструктивного в собственной природе синтеза есть его конфликтная природа.Китай поддержит иран в мировой войне? Регионы спаяны одним неспециализированным конфликтным ядром, что вобрал в себя не только региональные несоответствия, но и вопросы глобального миропорядка. В то время, когда речь заходит о Среднем Центральной Азии и Востоке, то это конфликтное ядро – не просто геополитическая сила, а растущий территориальный анклав перемещения «Талибан», которое, по собственной природе, уже давно вышло из роли инструмента геополитического действия.

Полем противостояния центральных региональных союзов и держав станет Пакистан, чья будущее будет зависеть от умения военно-политического управления удержать страну от внешнего военного и распада вмешательства.

синтез и Распад

Вопрос изменения формата политической географии самый актуален сейчас, в силу кардинального трансформации не только географических и политических границ, но и направления цивилизационного развития.

Массированное давление «арабской весны» быстро поменяло политический ландшафт Северной Африки и Ближнего Востока. Быстрый приход к власти клерикальных религиозных консерваторов, вместе с хорошими чертами народной народовластии, несет в себе региональный социально-экономический регресс. В случае если раньше Ближний Восток был един в идеологии арабского национализма на платформе светского страны, то на данный момент очевиден возврат к религиозному сознанию и распад этого национального единства.

Данный раскол несет смертельную опасность государственности (что полностью испытал Ирак) и держит в постоянном напряжении нефтяные монархии – Пакистан и Иран. Это напряжение всегда толкает страны на постоянную активность, с целью выброса пассионарного элемента в конфликтные территории.

Страны Центральной Азии, не обращая внимания на их интегрированность в оборонные альянсы под руководством РФ, кроме этого испытывают кризис государственности, на что накладывается агрессивное давление салафитского «проекта».

Отметим ответственную изюминку – все страны регионов объединены очень ясной возможностью прямого военного вмешательства со стороны сил НАТО.

По признанию адмирала Эрика Ольсона (Eric Olson), экс-главы Руководства особыми операциями США уже проводит особые операции, на территории Пакистана, Ирана, Таджикистана, Казахстана и Туркменистана, Киргизии, других стран и Узбекистана. Это формирует перманентную нестабильность региона, что стало одной из обстоятельств синтеза нескольких изолированных распрей в один глобальный узел.

В случае если разглядывать политическую карту с позиции динамики конфликтных территорий, то центр противостояний сместился на северо-восток, что совсем оформило новый геополитический центр – детонатор глобального противостояния – куда вовлечены все мировые и региональные силы.

В него входят пара параллельных стратегических проектов:

Первый и самый очевидный – это выход на сцену клерикальных, военно-политических сил на суннитской религиозной платформе, каковые продвигаются альянсом НАТО – Саудовская Аравия. Данный проект предусматривает разделение и подавление Ирана, и формирование «Суннитского пояса» – от Ближнего Востока до постсоветских республик. В этом случае Афганистан занимает одно из центральных положений как «транзитное окно» в Центральную Азию и потом на Черноморское побережье и южный Кавказ.

Второй – Иранский, содержится в помощи шиитских меньшинств в нефтяных монархиях, Ираке, Азербайджане.

Третий – Стратегия Атлантического Альянса в ЦА и Среднем Востоке, которая, с одной стороны, нацелена на подавление Ирана, с другой – на выход в Каспийский бассейн.

Четвертый – Генезис перемещения «Талибан», что уже можно назвать независимым геополитическим игроком. Экстерриториальная территория последнего есть базой для проникновения в Пакистан, Иран, страны Центральной Азии.

Пятый – это стратегия Турции, нацеленная на формирование «Тюркского» альянса, включающего в себя страны постсоветских республик ЦА и Южного Кавказа.

На это накладывается усиливающееся , пока скрытое, противостояние США и Китая, которое происходит за влияние на властные центры Пакистана. Как мы видим, на территории между Афганистаном, Ираном и Пакистаном формируется узел глобальных противоречий, явных и скрытых распрей.

Совсем оформилось суннистко-шиитское глобальное противостояние, в котором и будет решаться вопрос лидерства на пространстве между Средиземным и Аравийским морями.

В случае если разглядывать предмет противостояния, то и он несколько. Первый и неспециализированный для всех – транзитные особенности Пакистана, и приграничных территорий Афганистана. Второй – это влияние на свободный центр силы – суннитское перемещение «Талибан».

Третий – наличие развитой транспортировки наркотиков и инфраструктуры выращивания. Афганистан – фаворит по производству опиумного мака. Это не только огромные денежные ресурсы, но и весьма действенный стратегический инструмент.

Все, опытные в школьном количестве историю, не забывают, какую роль сыграла роль Англия в поставках опиума в Китай в десятнадцатом веке.

Регион Центральной Азии жестко интегрирован в формирующийся глобальный центр через собственные транзитные особенности.

Имеет указанный ареал и собственные особенности и уникальные свойства.

Первая особенность – это наличие экстерриториальных территорий; вторая –больших, негосударственных военно-политических сил, таких как «Талибан», суннитские арабские, курдские и другие формирования. Третья особенность – наличие у субъектов взаимоотношений средств доставки и ядерного оружия; четвертая – ареал есть центром всемирный наркоторговли, и как следствие, источником больших денег. Пятое (и это логически связано с прошлым пунктом) – регион есть центром неконтролируемых транспортных потоков.

Не обращая внимания на то, что основное внимание на данный момент уделяется зреющему конфликту около Сирии и Ирана, окончательное слово в динамично изменяющейся ситуации остается за Пакистаном.

Пакистан – сила в слабости

Характерной изюминкой текущего дня для государств обозначенного ареала есть нарастающий кризис государственности государств-объектов глобальных манипуляций. Это формирует неспециализированную логику развития событий. Прежде всего это касается центрального звена цепочки – Пакистана.

Последние два года страна была в состоянии глубокого кризиса. В 2010 году развернулись полномасштабные боевые действия в неконтролируемом Исламабадом Северном Вазиристане.

В сепаратистской провинции Белуджистан, которая занимает практически половину территории страны, в том же году было зафиксировано самое много терактов. Большая часть из них принадлежало так называемой Армии освобождения Белуджистана, которая ведет партизанскую войну в этом граничащем с Афганистаном и Ираном, богатом нужными ископаемыми регионе с 2007 года.

2011 год ознаменовался началом масштабного политического кризиса, и ухудшения социально-экономической ситуации в стране. Тогда же стал очевиден резкий поворот в стратегическом курсе страны.

Поворот выразился в охлаждении взаимоотношений между Пакистаном и США, которое не так долго осталось ждать переросло в масштабную конфронтацию. Перемены были позваны двумя стратегическими по собственной сути процессами – уходом «американского» поколения в военно-политическом управлении и смены стратегических ориентиров. на данный момент возможно с уверенностью заявить, что в обоих направлениях США не выразили должного рвения.

С 1998 года началось сокращение военно-технического сотрудничества между двумя государствами. Параллельно деятельно развивались военные и экономические связи Пакистана с Китаем. В один момент шло ухудшение взаимоотношений с США.

В 2008 году в сентябре американские армейские силы начали самостоятельно функционировать на территории Пакистана, что со своей стороны стало причиной резкому конфликту с пакистанской военным вершиной. Смена Мушаррафа на гражданскую администрацию не принесла ожидаемого результата, поскольку настоящая власть в стране оставаласьв руках армии.

Вместе с тем на смену «американизированому» поколению Мушаррафа, пришли старшие офицеры, взявшие становление во время Муххаммада Зия-Уль Хака. традиционное воспитание и Националистические взгляды с громадным влиянием ислама выяснили вектор развития Пакистана в в обозримом будущем.

К настоящим рычагам власти пришли люди, каковые создали «Талибан», чья идеология близка им по целям и духу. Более того, в условиях сложной социально-экономической и политической ситуации, лишенный помощи США, Пакистан должен вести агрессивную политическую игру, дабы а) сохранить себя как влиятельную региональную силу, б) производить наружу излишние пассионарные силы.

При отказа от активной внешней политики, Пакистан потонет во внутренних этно-конфессиональных, социальных и политических несоответствиях. Необходимо сообщить, эти несоответствия –характерная черта не только конкретно забранной исламской республики, но и всех центров сил региона – нефтяных монархий, Ирана, а в недалеком будущем и Египта.

Активная политика исламской республики приобрела помощь собственного нового союзника — Китая. Так, в ответ на твёрдый прессинг Государственного секретаря США Хилари Клинтон в отношении Пакистана, КНР официально предотвратил, что наступление на Пакистан будет сочтено актом агрессии против Пекина. К тому же, политика Китая не исчерпывается помощью Исламабада.

Показались свидетельства, что КНР готов оказать Ирану полномасштабную помощь, впредь до прямого участия в ожидаемом всеми конфликте. Не обращая внимания на отсутствие официального заявления, информация об этом есть весьма четким знаком Белому Дому. Кроме того не завлекая прямую военную силу, вооружения и транзит технологий через Пакистан сводит на нет многие преимущества военной машины США.

Будем помнить, что средства и военные силы США в Афганистане, по окончании закрытия Исламабадом маршрута снабжения через собственную территорию, оказались под угрозой изоляции. К тому же, делать категоричные выводы о складывании Альянса Пекин-Исламабад-Тегеран не следует. До тех пор пока всех игроков объединяет неспециализированный соперник.

Созидательный каркас данной конструкции не организован, не смотря на то, что стратегическая, «продолжительная» игра Пекина на обладание стратегических позиций в регионе очевидна для всех.

Как раз угроза утраты положенных инвестиций и толкает КНР на твёрдую реакцию в отношении США. Не последнюю роль в упрочнении взаимоотношений Пакистана с Китаем сыграли глубокие несоответствия с Индией, которая есть «историческим» соперником исламской республики. на данный момент игра Исламабада – это игра на несоответствиях, США и Китая, Саудовской Аравии и Ирана, которая есть классическим спонсором «Талибана».

влияния нитей и Обладание коммуникаций на центры сил в регионе дает управлению Пакистана возможности для продвижения собственной, национальной политики.

Талибан – основная карта в игре сверхдержав

Быть может, как раз со сменой вектора случился и перелом в подходах региональной политике. Не оставляя силовых способов, управление Пакистана перешло к «легализации» перемещения «Талибан». Как уже было отмечено выше, лишение самостоятельности активистов движения Талибан стало одним из основных векторов политики США в регионе.

Выбранный США курс в «работе» с «Талибан» более линеен, чем игра управления Пакистана. В случае если для Пакистана принципиально важно осуществлять контроль обстановку и оказывать влияние на выбор курса собственных подопечных, то США нацелены на разделение перемещения, и ликвидацию главных фигур. Нужно признать, обстановка перманентного хаоса в Афганистане в полной мере устраивает Белый Дом.

на данный момент смена неустойчивого, коррупционного правительства Х. Карзая на авторитарный режим мулл, что сходу заберет под собственный контроль наркотрафик и неконтролируемые контрабандные артерии, не входит в замыслы США. продолжение «игры» и Дробление Талибана на несоответствиях с каждым из региональных «филиалов» разрешит сохранить текущее положение дел.

Выбор твёрдого, силового сценария не в последнюю очередь обусловленприходом в коридоры власти разведывательного и силового сообществ так называемой «команды» Хилари Клинтон. Речь заходит о людях, имеющих очевидный опыт существования в сфере американской публичной политики, но не владеющих ни знаниями, ни навыками работы в политике тайной. Отказ от долгосрочной стратегической игры в пользу эффектных, но линейных по собственной сути тактических ударов во многом выяснен неспециализированным курсом внешнеполитической деятельности Соединенных Штатов при нынешней администрации.

Ставка США на «Талибан» как на основной центр силы сложилась из нескольких факторов. Первое, что нужно отметить, это очевидная неспособность правительства Карзая руководить обстановкой в Афганистане. Второе – невозможность ликвидации «Талибан» армейскими способами.

Преобладание данных способов в Афганистане разумеется кроме того официальному управлению страны.

Третье – это ставка на силовой сценарий работы как на основной инструмент внешней политики США и сателлитов.

Отметим – «Талибан», как и каждая вторая нелегальная военная сила, в большой собственной части имеет мифологизированный темперамент. Разделение на фракции и течения дает участникам скрытой игры применять бренд перемещения в собственных заинтересованностях. Обычно достаточно сложно осознать, где настоящая структура, а где «легенда» разведслужб.

на данный момент перемещение богословов близко к собственному «Ренессансу», что совсем не укладывается в сценарий США.

Кроме этого в замыслы США не входило усиление Ирана в Афганистане, чье влияние за последние годы возросло многократно. Возможность тактических Исламабада и союзов Тегерана может кардинально переформатировать расклад сил в регионе и стране в целом.

Для религиозного режима Хаменеи усиление позиций в Афганистане дает а) возможность ослабить влияние Саудовской Аравии как главного спонсора суннитских салафитских организаций. б) держать под прицелом армейские объекты США и осуществлять контроль собственную приграничную территорию. В будущем возможно прогнозировать усиление влияния Ирана на Каспийский южный Кавказ и бассейн.

Позиция России

Необходимо с сожалением признать, что позиция РФ далека от субъектной. Скорее, на данный момент Российская Федерация рассматривается как объект действия в разворачивающемся глобальном конфликте. Для участников игры РФ занимательна прежде всего собственными транзитными особенностями и, в какой-то мере, военно-политическими ресурсами.

на данный момент из действенных инструментов действия на обстановку Российская Федерация может предложить комплексную работу по этническим группам (узбекам, таджикам, туркменам) в формировании в Афганистана параллельного режиму Х. Карзая и «Талибан» центра силы. Необходимость этого шага обусловлена предстоящей эскалацией конфликта, в том либо другом виде, в государства Центральной Азии.

Практические выводы

Независимо от сценариев развития событий неспециализированный результат для России до тех пор пока неутешителен. Мы замечаем тенденцию к взаимному симбиозу и сближению присутствующих в указанном ареале явных и скрытых распрей. Основная опасность в этом случае угрожает Пакистану, на чьей территории присутствуют как минимум три конфликтных центра – Вазиристан, Белуджистан, пакистано-индийская граница.

Эскалация этих территорий напрямую угрожает безопасности государства исламской республики.

Еще одним детонатором может стать пограничная с Ираном пакистано-афганская территория, чьи транзитные особенности способны стать препятствием для замыслов США. В этом случае локомотивом эскалации может стать иранское суннитское меньшинство, деятельно разрабатываемое Саудовской Аравией и США.

Добавить напряженности смогут до тех пор пока только теоретические замыслы по размещению на территории Пакистана армейских объектов КНР.

Их обоюдное проникновение в состоянии появляться тем джокером, что спутает карты всех главных участников геополитической игры. Дестабилизация национального строя Пакистана, страны владеющей средствами доставки и ядерным оружием, сделает обстановку неуправляемой.

Познание опасности ситуацииобъединяет большая часть участников-государств нового ареала. Исходя из этого основной целью политики в в обозримом будущем будет перевод векторов агрессивных сил по направлению от границ собственных территорий. Прежде всего это касается Пакистана как главного игрока складывающейся геополитической картины.

Необходимо отметить ответственную изюминку – любой, кроме того самый хороший сценарий несет негативные последствия для России и ее юго-восточных сателлитов.

В любом случае, Афганистан в обозримой исторической возможности останется центром напряженности, котлом, куда соседи будут сбрасывать пассионарные, страшные для себя силы.

Их предстоящее направление кроме этого не оставляет сомнений – это север – Прикаспийский бассейн, страны Центральной Азии. Усиление силового давления на Таджикистан, Узбекистан, Туркменистан, и Киргизию, как ожидается, поставит под угрозу возможности государственности данных государств и организует новый, враждебный светским режимам центр сил на базе салафитской идеологии. Разумеется, что нефтяные монархии продолжат экспорт салафитской идеологии и пассионарного балласта, чтобы снизить личные социально-экономические несоответствия.

Новым до тех пор пока еще не полностью не обозначенным центром силы становитсяЕгипет, что в в обозримом будущем может явиться главным «экспортером» суннитских революций в государства формирующегося ареала.

Вторым детонатором конфликта может стать Каспийский южный Кавказ и бассейн – где в в обозримом будущем столкнутся интересы Турции, продвигающей идею Тюркского альянса, России, являющейся поручителем баланса сил в указанных регионах, и Ирана.

До тех пор пока разумеется одно – США лишены возможности проводить собственную политику не учитывая заинтересованностей действующих в этом регионе сторон и сил. Это обусловлено наличием военно-политических связей, направленных против США, и географическими изюминками – прежде всего средств и транзита сил.

Китай готовит вторжение в Россию (Роман Романов)


Удивительные статьи:

Похожие статьи, которые вам понравятся:

Вы можете следить за комментариями с помощью RSS 2.0 ленты. Комментарии и трекбеки закрыты.

Comments are closed.