Походно-полевые жёны римской армии

Герои войны

Особенный статус солдатах в Римской империи накладывал отпечаток и на их личную судьбу. воины и Легионеры запасных частей были лишены права вступать в браки имели значительные неприятности в вопросе признания собственных детей «законнорожденными». Но в итоге, на грани роста социальной напряжённости, неповоротливая бюрократическая машина империи вынуждена была принять определённые меры по трансформации этих строгих правил.

Запрет брака для армейских

К началу I в. н.э. римская армия совсем превратилась из гражданского ополчения, созываемого только для ведения конкретной военной кампании и распускавшегося по её окончании, в постоянную структуру. Военная служба стала главной профессией для приблизительно 300 тысяч мужчин в возрасте от 25 до 45 лет. Для рядовых срок работы увеличился сперва до 16, а после этого до 20 лет, младшие офицеры имели возможность оставаться в строю в течении многих лет.

В течение этого времени воины появились оторванными от своих родителей, дома и простых для гражданской судьбы занятий. Вся их жизнь должна была быть подчинена подготовке и военных жёсткому графику тренировок к армейским действиям. Дабы в этих тяжёлых условиях сохранить дисциплину, сократить число нестроевых в рядах армий, и избавить солдат от обременительных для них забот о семье, был принят закон, запрещавший брак для армейских.

В большинстве случаев его датируют 13 г. до н.э. и связывают с рядом вторых законодательных мероприятий в военной сфере.

Вынужденное безбрачие наряду с другими тяготами судьбы, полной лишений и труда, создавали негативный образ военной работы в глазах современников. Потому, что это начинало приводить к сокращению числа добровольцев, императоры вынуждены были предпринять последовательность мер, дабы сделать военную службу более привлекательной.

Уже Август предпринял первые шаги по эмансипации правового статуса армейских, каковые в сфере имущественного права были изъяты из необходимого для гражданского населения подчинения отцовской власти. По закону отцы не могли лишать наследства сыновей, проходивших службу в армии, и не имели юрисдикции над имуществом, нажитым за период военной работы — так называемым peculium castrense.

Потом, армейские при живых родителях взяли право оставлять завещание, что в своё время приводило к возмущению у современников (Juv. 16, 51–52). Закон по этому поводу гласил:

«Сын, состоящий под властью отца, неимеетвозможности оставлять завещания, потому, что не имеет ничего собственного, что возможно завещано. Но божественный Август установил на основании простого права, дабы пребывавший под властью отца сын-воинов имел возможность составлять завещание касательно его пекулия, что он приобрёл в лагерях» (Ulp., 20, 10).

Процесс формирования особенного правового статуса армейских пришёл к окончательному завершению только в середине-второй половине I века, в то время, когда, по словам историка, «воинам, не смотря на то, что тем и не разрещаеться было жениться, были предоставлены права женатых людей» (Dio Cass., 60, 24, 3).

Походно-полевые жёны римской армии
Стела с изображением воина и его жены, первая добрая половина III века

Источником информации по имущественным отношениям армейских являются бессчётные надгробные стелы, каковые по завещанию покойных были воздвигнуты их наследниками. В самые ранних эпитафиях в качестве наследников значительно чаще указываются сослуживцы, пара реже вольноотпущенники, и родственники по отцовской и материнской линии. Только иногда в прочих надписях и эпитафиях армейских упоминаются дети либо дамы, что является косвенным подтверждением того, что запрет на отцовство и брак в армии вправду выполнялся, по крайней мере, в течении первого периода по окончании принятия закона.

Приблизительно со второй половины I в. картина изменяется, и дамы, в особенности вольноотпущенницы самих солдат, становятся достаточно распространённой категорией наследников. Так, из 28 паннонских надписей, посвящённых наследниками погибших солдат, 13 сделано их сослуживцами, 3 братьями, возможно кроме этого воинами, и 12 детьми и жёнами воинов. Громаднейший процент последних обнаруживается в провинциях, нахождение легионов в которых датируется достаточно продолжительным периодом.

Из имеющихся в наличии 354 армейских эпитафий воинов находившегося в Нумидии III Августа легиона, 206, либо 58%, упоминают в числе наследников погибшего жену. Это число могло быть ещё громадным — возможно высказать предположение, что кое-какие воины перекладывали погребальные хлопоты на плечи собственных сослуживцев либо родственников.

Стела из Александрии с изображением его сына и солдата, первая добрая половина III в н.э.
Спутницы военной судьбе

Возможно, для большинства воинов в течение военной работы не составляло особенного труда найти спутницу, которая имела возможность бы скрасить её тяготы в течение любого срока. Армейским собственные услуги предлагали обитательницы бессчётных борделей, размешавшихся в прилегавших к лагерю торгово-ремесленных поселениях, т.н. канабах. Эпиграфика говорит о том, что по большей части в борделях трудились рабыни из пленных, и вольноотпущенницы и другие представители социальных низов.

В целях обновления ассортимента предложений девушки легкого поведения довольно часто перемещались из одного борделя в второй, но среди них были и такие, кто на долгое время связывал себя с определённым подразделением а также приобретал в него необычную прописку. В последнем случае надписи именуют их lixa cohortis A… либо legionis B, т.е. практически приравнивая их к штату маркитантов и обозных слуг.

Но надписи свидетельствуют, что кроме наёмных профессионалок солдатскими спутницами судьбы довольно часто становились свободные дамы, отношения с которыми, в большинстве случаев, были более стабильны и строились по модели гражданского брака, т.н. connubium. В надписях воины именуются maritus, их дамы uxor либо coniunx, что соответствует гражданской терминологии, принятой для подобного рода случаев.

От поселений, появившихся у стенку армейских лагерей, ведут происхождение многие современные города. На изображении лагерь II Запасного легиона и канаба в Аквинке, современный Будапешт

Кем были эти солдатские жёны? П. Мейер, в первый раз разрабатывавший данный вопрос, высказал предположение, что солдатские семьи I–II вв. являлись продолжением доармейских уз брака , приостановленного на время несения одним из супругов военной работы. Закон в этом случае давал даме возможность на легальных основаниях просить у судьи развода,

«потому, что довольно часто случается, что благодаря принятия мужем жреческого сана, либо бесплодия жены, либо же старости, либо же болезни, либо военной работы брак не может быть надлежащим образом сохранён» (Dig. 24, 1, 60–62).

Суть процитированной нормы пребывает в том, дабы растолковать обеим пребывающим в браке сторонам преимущества развода в условиях, в то время, когда поступление мужа в армию машинально лишает брак его правового характера. Сохранившийся до отечественного времени папирус с текстом брачного договора может принимать во внимание свидетельством того, что, по крайней мере, часть воинов, поступая в армию, вправду приобретали наряду с этим развод (FIRA III, p. 54).

Однако, кое-какие пары, возможно, вычисляли вероятным сохранение существовавших брачных взаимоотношений, с тем дабы возобновить их по выходу воина в отставку. Так, супруга солдата XV Аполлонова легиона Анния Максима, если судить по её имени, распространённом в северной Италии, была землячкой мужа, уроженца Бононии, и, следовательно, их брачный альянс, вероятнее, был заключён ещё до военной работы (АЕ 1954б 119).

Провинциально-римский групповой домашний портрет на стеле начала II в.

Ещё один отражённый в эпиграфике массовый типаж солдатских жён воображают вольноотпущенницы. Принципиально важно подчернуть, что римское право обеспечивало патрону приоритетную возможность жениться на рабыне, отпущенной им на волю (Dig., 23, 2, 51). Одним из вопросов, каковые интересуют учёных, есть неприятность их происхождения: были ли эти вольноотпущенницы привезены воинами с собой на работу из дома либо это взявшие свободу рабыни-военнопленные, либо местные дамы-перегринки, формально обращённые в рабство?

Среди лиц, посвятивших надписи в честь паннонских солдат, мы встречаем имена двух вольноотпущенниц: Октавии Даты (CIL III 14358/13a) и Спатале (AE 1978, 640). Основываясь на географии распространения римских имён, возможно высказать предположение, что отчизной первой из двух дам была Северная Африка. В Паннонию она могла быть привезена своим мужем, солдатом Х Сдвоенного легиона, откомандированным из легиона в составе вексилляции и снова возвратившимся к месту главной работы.

Октавия Дата могла быть рабыней либо перегринкой, фиктивно обращённой в рабство и после этого отпущенной на свободу. Маловероятно, дабы солдат привёз её со своей отчизны. Спатале, вероятнее, была родом из Северной Италии, кроме этого как и её супруг, солдат XV Аполлонова легиона.

Возможно, она являлась рабыней либо вольноотпущенницей ещё до военной работы собственного патрона и после этого сопровождала его к месту дислокации легиона.

Знатные дамы с пышными причёсками, изображённые в обществе служанок. Рельеф последней четверти I века

Потому, что в течение разглядываемого периода солдатские браки формально оставались запрещёнными, домашняя терминология, которую мы встречаем в надписях, вряд ли соответствовала фактическому положению вещей и являлась только точкой зрения их составителей. Спутницы армейских имели возможность вычислять и именовать себя женами (uxor), но с позиций закона они были только сожительницами (coniunx), а это означало, что браки армейских, в отличие от брачных взаимоотношений гражданских, не создавали для вступавших в него пар простых правовых последствий. Живя рядом с мужьями, но не будучи супругами в законном смысле слова, жёны солдат не могли сохранять надежду взять правовую защиту при измены мужа либо при его смерти.

В одном из египетских папирусов, датируемом эрой правления Траяна, обрисована обстановка, которая была достаточно обычна для того времени. Вдова воина по окончании смерти мужа подала в суд прошение о возвращении ей финансовой суммы из состава приданого. Разбиравший это дело префект Египта Рутилий Луп отклонил иск:

«Мы знаем, что финансовый вклад для того чтобы рода есть приданым. По данной причине я не даю иск — воинам нельзя жениться».

Закон, которым он руководствовался в этом случае, был кроме этого однозначен: «В тех случаях, в то время, когда нет брака, нет и приданого» (Dig. 23, 2, 1).

Права детей

Значительные неприятности появлялись при рождения детей. Появившиеся вне брака , с позиций права они должны были принимать во внимание незаконнорожденными (Dig. 5, 2, 6).

В самоё благоприятном положении появились те дети, оба родителя которых являлись римскими гражданами. В этом случае ребёнок, не смотря на то, что и считался незаконным, имел возможность кроме этого пользоваться римским всеми благами и гражданством гражданского статуса. В качестве гражданина он имел возможность приобретать отцовское наследство по завещанию, не смотря на то, что и не освобождался наряду с этим от уплаты пятипроцентного налога.

Исключение составляли только родные родственники завещателя, на которых кроме этого распространялись налоговые привилегии.

При же, в случае если официальное завещание отсутствовало, предполагаемый наследник сталкивался с важными сложностями, потому что у него было мало шансов доказать собственный статус. Армейские не могли подтверждать рождение ребенка простым методом: путём помещения его имени в гражданский перечень (album). Разрешить эту проблему пробовали путём частного заявления об отцовстве, делавшегося в присутствии нескольких свидетелей.

Создатель одного из дошедших до нас для того чтобы рода заявлений — воинов, проходивший службу в II Фиваидской когорте, – осознавал, что появившаяся у него дочь есть незаконной, но, не зная обстоятельств, растолковывал это «условиями военной работы».

Но, подобная обстановка была редка, потому, что большая часть воинов связывало собственную судьбу с дамами негражданского статуса. Права детей, рождённых в таком браке, определялись правилом: «В случае если имеется право на брак, дети постоянно следуют за отцом, в случае если же права на брак нет, они приобретают то же положение, что и мать» (Dig., 5, 8). Как следствие, дети воинов, даже в том случае, если их отцы являлись римскими гражданами, становились лицами неполного гражданского статуса — перегринами.

Положение детей, рождённых в таком браке, осложнялось тем, что они не могли выступить в роли наследника, «потому что с перегринами нет права на составление завещания» (Dig., 22, 2).

В сходном положении появились не обладавшие правами римского гражданства солдаты запасных отрядов. В одном из египетских папирусов, датируемом 142 г., судья Евдемон разбирает дело ветерана Октавия Валента. За время военной работы в составе запасного отряда его супруга Кассия Секунда произвела на свет нескольких детей, которых папа хочет вписать в перечни граждан Александрии.

Октавий Валент есть гражданином города и не видит каких-либо препятствий перед тем, дабы его дети унаследовали гражданский статус одного из своих родителей. Он настаивает на своём требовании, но судья возражает: «Я обращался с тобой прекрасно, потому, что детально растолковал всё то, что имел возможность сообщить кратко; то, чего ты хочешь — нереально; ни данный мальчик, ни другие твои сыновья не являются александрийскими гражданами».

Суд римского наместника. Миниатюра византийского иллюминированного кодекса VI в. н.э
Решение проблемы

По мере того как значение армии в политике империи возрастало, неприятность армейских семей получала всё более важный темперамент. Суды были переполнены делами, подобными тому, которое было нужно разглядывать Евдемону, а судьи подвергались давлению со стороны обозлённых солдат, открывших для себя, что их жёны с официальной точки зрения являются только сожительницами, а дети — незаконнорожденными. Императоры I столетия стремились сохранять курс, заложенный Августом, и в документах, дошедших до отечественного времени, заявляли достаточно твёрдую личную позицию по отношению к проблеме.

Но начиная с правления Траяна в армейском законодательстве был осуществлён множество послаблений в отношение прошлых твёрдых правил. Сначала были предприняты меры по смягчению требований, предъявляемых к солдатским завещаниям. Гай утверждает:

«От обязанности выполнять при составлении завещаний названные выше формы императорскими указами высвобождены солдаты, по обстоятельству их неопытности» (Gai Inst., 109).

Затем власть отправилась ещё дальше, разрешив солдатам

«назначать себе в наследники и перегринов, и латинских граждан либо оставлять им отказы, в это же время как прежде перегрины по гражданскому праву не могли покупать ни наследства, ни отказов, латиняне же лишены были этого права по закону Юния» (Gai Inst., 110).

Очевидно, победили от принятия данной нормы, в первую очередь, незаконнорожденные дети воинов, каковые довольно часто имели неполное латинское гражданство либо носили статус перегринов. Рвение обеспечить их положение рельефно выражено в письме Адриана префекту Египта Раммию Марциалию, датированном 119 г. Император признаёт, что его предшественники на троне в собственной позиции по этому вопросу были через чур жёстки и обещает предпринять меры, каковые имели возможность бы смягчить сложившееся положение.

Вправду, в его правление суды стали принимать имущественные иски незаконнорожденных сыновей армейских. Это, действительно, выяснилось только половинчатой мерой, потому, что суд, первым делом, должен был разглядывать притязания законных ближайших родственников и детей.

Император Септимий Север в семейном кругу, медальон начала III в. Будущее императорского семейства сложилась несчастливо. По окончании смерти отца старший брат Каракалла (справа) убил младшего Гету (слева)

Только в 197 г. Септимий Север совсем разрешил проблему, дав воинам вступать в официальные браки (Gai Inst., 110). Выигрыш от этого решения был полным и равняется устраивал всех: император приобрёл лояльность армий, дети – возможность наследовать имущество собственных своих родителей, государство – новых полноправных граждан, пополнивших последовательности легионов.

Источники:

  • Campbell B. The Marriage of Soldiers under the Empire. / JRS 1978, vol. 68, p. 154.
  • Le Bohec Y. La III Legion Auguste. Paris, 1989, p. 543.
  • Pollard N. Soldiers, cities and civilians in Roman Syria. Michigan, 2000, p. 53 – 54, 188.
  • Speidel M. P. Lixia in the III Thracian Cohort in Syria. / ZPE 1980, 38, S. 146.
  • Meyer P. Der romische Konkubinat. Leipzig, 1885, S. 102.
  • Колобов А. В. Домашнее положение римских легионеров в западных провинциях империи при Юлиях – Клавдиях. / Вестник МГУ. Серия 8. История. 1990, № 3, с. 59.
  • Mitteis L., Wilcken U. Grundzuge und Chrestomathie der Papyruskunde. Leipzig, 1912, II, № 372.
  • Schulz F. Roman Registers of Birth and Birth Certificates. / JRS 1943, vol. 33, p. 62.
  • Mitteis, Wilcken. Op. cit. № 374.

Удивительные статьи:

Похожие статьи, которые вам понравятся:

  • Ветераны римской армии

    Военная служба всегда была полна лишений и тягот. Дабы обеспечить большой боевой дух армии, римские императоры уделяли громадное внимание тому, что…

  • Римская армия. подготовка к бою

    При императоре Адриане (117–138 гг. н.э.) когортное построение римской армии в походе стало классическим. Армия утратила в гибкости, но в условиях…

  • Воинственные народы римской империи: батавы

    Римляне вычисляли такие человеческие качества, как воинственность и храбрость, находящимися в обратной зависимости от степени развития цивилизации….

  • Правовое положение римских граждан

    Римское гражданство приобреталось в первую очередь методом рождения (в браке ) от римских граждан, после этого — методом отпущения на свободу из рабства,…