Салемские ведьмы мирового капитализма: демонология экономического процветания

Ведьмовство во всемирной экономике — тема знакомая далеко не всем. К примеру, кто бы имел возможность поразмыслить, что в базе неистового преследования колдуний в позднем Средневековье лежал экономический интерес. Инквизиция появлялась в государствах, в которых «себестоимость» сотрудничества центральной власти с группами особых заинтересованностей была запретительно высока.

Марксизм предполагает, что в базе большинства исторических процессов лежит экономика. «Охота на колдуний» один из таких примеров.

затухание и Вспыхивание активности в отыскивании колдуний в различных государствах и в различное время носило не стихийный и не случайный темперамент. Практически власть целенаправленно создавала университет «охоты на колдуний» для ответа собственных задач.

Экономические историки Александр Шмаков, Сергей Дукарт и Сергей Петров в собственной работе «молот и Бич: экономика против демонологии» (Издание институциональных изучений, 2010, №3) пробуют отыскать чисто мотивы и экономические факторы, стоящие за такими событиями очевидно неэкономического характера, как судебные процессы средневековой охоты на колдуний.

Возможно ставить под сомнение случайный темперамент происхождения инквизиции, и то, что главным мотивом борьбы с ведовством есть религиозный мотив.Салемские ведьмы мирового капитализма: демонология экономического процветания Последовательность исторических закономерностей разрешает высказать предположение, что как правило охота на колдуний — спланированная политическая акция, имеющая целью упрочнение центральной власти и получение дополнительных источников доходов.

В случае если постараться отыскать у всех монархов одну неспециализированную линии, то она такова: всем им, в большинстве случаев, не хватало денег… Дефицит денег толкала их на самые отчаянные шаги, к примеру, ожесточённые конфискации тамплиеров и собственности евреев. Преследование еретиков — один из таких шагов, разрешающий создать предпосылки для конфискации достатка в пользу центральной власти.

Налоговая совокупность того времени была не хватает действенна, что приводило к постоянному недостатку денег у центральной власти. Поземельный налог, взимаемый с крестьян (кроме того при его замены подушным налогом, взимаемым со всего населения), имел достаточно узкую налоговую базу и не разрешал собрать хватает средств.

Главной возможностью расширения налоговой базы было обложение налогом достатка купцов через применение таможенных пошлин, промысловых налогов и т.п. Но взимание для того чтобы рода налогов проходит удачно, в случае если торговля идет через довольно маленькое число пунктов, в которых осуществляется сбор налогов, следовательно, успех зависит от географических изюминок размещения страны.

Одна из обстоятельств, по которой, к примеру, налоговая совокупность средневековой Англии была более действенной, а стимулы с целью проведения инквизиции проявились существенно не сильный, в том, что главные количества торговли проходили через маленькое количество портов, что делало совокупность налогообложения более действенной. Тогда как в странах континентальной Европы, имеющих большую территорию с протяженными и нечёткими границами, тяжело было уследить за полнотой сбора налогов. В следствии стимулы к проведению инквизиции, как средства пополнения казны, были значительны.

Главной экономической категорией, разрешающей растолковать процессы борьбы с ведовством, есть величина трансакционных издержек сотрудничества центральной власти (король, центральная духовная власть) с группами особых заинтересованностей, владеющими значительным запасом достатка (светская и церковная знать, торговцы и т.д.).

В случае если центральная власть признавала долги, сделанные предшественниками, возможность возвращения долга пара возрастала, и трансакционные издержки сотрудничества центральной власти с потенциальными кредиторами значительно уменьшались. Так в Англии Конституция 1689 года придала английской монархии нужную для получения кредитов преемственность, что решило часть денежных неприятностей центральной власти без применения университета инквизиции. Иначе, к примеру, во Франции неприятность пополнения казны была решена своим уникальным методом: продажей должностей, титулов, званий, и совокупностью откупов налогов, что с течением времени лишь усугубило проблему и потребовало важных институциональных трансформаций.

В зависимости от размера трансакционных издержек исследуемые страны возможно поделить на две группы:

1)Страны, в которых трансакционные издержки сотрудничества центральной власти с группами особых заинтересованностей запретительно высоки. В таких странах, в большинстве случаев, существует несколько особых заинтересованностей, которая по политической, денежной либо военной мощи сравнима с центральной властью .

Эта политически сильная несколько оказывает значительное действие на центральную власть, ограничивая источники получения доходов или посягая на монопольное право центральной власти осуществлять легитимное принуждение. Другие издержки мирного сосуществования с данной группой становятся для центральной власти излишне высокими если сравнивать с издержками, которые связаны с организацией университета «охоты на колдуний».

2)Страны, в которых трансакционные издержки сотрудничества центральной власти с группами особых заинтересованностей менее велики. Эта обстановка может появиться в двух случаях. В стране или не существует значимых политически сильных групп, а вдруг и существует пара довольно не сильный групп особых заинтересованностей, то они не смогут оказывать значительного влияния на власть .

Эти группы вынуждены идти на каждые уступки центральной власти, исходя из этого трансакционные издержки сотрудничества с ними мелки.

Или же в стране существует пара политически сильных групп особых заинтересованностей, противоборство которых не дает им объединиться в значимую политическую силу. Создавая борьбу между данными группами и выдерживая баланс сил, центральная власть несёт хоть и более большие, чем в прошлом случае, но все же приемлемые трансакционные издержки.

При выборе формы организации национального управления действуют стимулы, родные по характеру к тем, что обрисованы Рональдом Коузом для процессов вертикальной интеграции. Существует две альтернативы организации трансакций между группами и центральной властью особых заинтересованностей: 1) относительная самостоятельность групп особых заинтересованностей, преобладание договорных взаимоотношений, каковые не являются в чистом виде рыночными в условиях монархии, но являются некоторым их аналогом.

2)централизованное управление и Жёсткая иерархия. Выбор между данными формами организации национального управления осуществляется исходя из размера трансакционных издержек сотрудничества центральной власти с группами особых заинтересованностей. В случае если трансакционные издержки ниже при первой форме, центральная власть допускает относительную самостоятельность групп особых заинтересованностей.

В случае если же трансакционные издержки при первой форме значительно возрастают, центральная власть чувствует угрозу или недостаток средств, и появляется необходимость перехода к твёрдому централизованному управлению. В этом случае «охота на колдуний» исторически есть одним из механизмов для того чтобы перехода, направленным на ослабление (впредь до прямого уничтожения) политически сильных групп, и на создание при помощи экономической заинтересованности и страха подходящей земли для соответствующих институциональных преобразований.

Разглядим выборочное историческое подтверждение отечественных теоретических аргументов, сгруппировав в соответствии с предложенной классификацией последовательность стран по величине трансакционных издержек сотрудничества центральной власти с группами особых заинтересованностей, зависящих от характера расстановки политических сил. самый подходящим примером для иллюстрации первого типа государств есть Испания (ХI-ХV вв.), где в это время именно возможно найти присутствие групп особых заинтересованностей, по силе не уступающих центральной власти.

В первую очередь XI века и впредь до 1479 века, в то время, когда случилось окончательное политическое объединение страны, на территории Испании существовали пара свободных стран, каковые однако владели общностью культуры и фактически однообразным политическим устройством. Не обращая внимания на формальную принадлежность власти королю, практически ею полностью обладали сословно-представительные учреждения — кортесы.

Представители высшей знати владели самовольным правом поменять подданство, были высвобождены от каких-либо национальных податей, в пределах собственных владений имели полный иммунитет, имели возможность объявлять войну королю а также свергать его. В Арагоне существовала должность главного судьи Арагона, что не смотря на то, что и формально назначался королем, но практически осуществлял контроль высшей знати над королевской властью. Король был обязан в присутствии главного судьи присягать кортесам в соблюдении всех вольностей арагонской знати.

В итоге к концу XV века, по окончании объединения Испании в следствии династического брака Изабеллы I Кастильской и Фердинанда, в борьбе за упрочнение собственной власти испанские короли вынуждены были пойти на альянс с католической церковью, выступив с инициативой учреждения в Испании инквизиции.

Весьма не так долго осталось ждать инквизиция, формально создаваемая для противодействия неверныммусульманами и иудеями, начала расправляться под благовидным предлогом и с инспанцами-христианами, потому, что политическая оппозиция королю начала приравниваться к церковной ереси. Наряду с этим усердие инквизиции в преследовании еретиков подогревалось тем, что в доносчиков и пользу инквизиторов шла треть имущества осужденных. Другое приобретал король.

Тем самым достигались сходу две цели: устранение неугодных королю лиц и пополнение казны. Так, налицо обстановка, в то время, когда из-за высоких издержек сотрудничества с феодальной знатью власть выбирает путь внедрения университета «охоты на колдуний», применяя стереотипы массового сознания и поощряя определенное поведение при помощи экономических стимулов в собственных корыстных целях.

Следующую форму расстановки политических сил, при которой в стране существует пара довольно не сильный групп особых заинтересованностей либо же эти группы достаточно сильны, но разобщены и не смогут оказывать значительного влияния на центральную власть , разглядим на примере Англии XVI-XVII России и веков XV-XVI столетий.

В Англии XVI-XVII столетий сильная центральная власть, не оспариваемая ни церковной, ни светской знатью, надёжно осуществляла контроль политическую обстановку. Не обращая внимания на то, что с XVI века тут существовало множество направлений христианства — англиканская, католицизм, пара разновидностей последователей протестантизма (лютеране, кальвинисты, методисты, пиетисты и т.д.) — охота на колдуний не взяла массового распространения, потому, что трансакционные издержки сотрудничества центральной власти с группами особых заинтересованностей были довольно низкие и королевская власть легко справлялась с соперниками самостоятельно, не организуя преследования еретиков через внедрение университета «охоты на колдуний». Наказание за отступничество от веры не смотря на то, что и имело место, но оставалось необыкновенной привилегией центральной власти.

В Российской Федерации XV-XVI столетий — период активной централизации власти. В стране существовало нескольких соперничающих между собой политически сильных групп особых заинтересованностей. Но чтобы получить одобрение монарха эти группы готовы были делать его волю, и трансакционные издержки переговоров с ними при соблюдении баланса сил были незначительны.

В следствии ведовские процессы не взяли широкого распространения, потому, что отсутствовала необходимость осуществления излишне кардинальных мер, направленных на концентрацию власти. Характерно, что для соблюдения баланса сил еретические перемещения довольно часто поддерживались царем наравне с официальной церковью.

самый ярким примером, демонстрирующим отношение центральной власти к еретикам, есть борьба с ересью «жидовствующих» финиша XV — начала XVI столетий. Серьёзной чертой политики «жидовствующих» было требование к церкви отказаться от владения имуществом и запретить взимание платы за совершение обрядов. Подобные требования отвечали заинтересованностям царской власти, остро нуждавшейся в землях и средствах для раздачи их «служилым людям».

Благодаря этого «жидовствующие» продолжительное время имели правительственную помощь и были фактически недосягаемы для ортодоксальной церкви.

Но в следствии борьбы за престол второго сына Ивана III — Василия, и внука Ивана III — Дмитрия, в 1502 году «жидовствующие» лишились защиты, т. к. поддержали проигравшую его — мать и сторону Дмитрия Елену Волошанку. Последняя кроме этого была заявлена колдуньей. В следствии данного процесса были казнены лишь фавориты еретического перемещения.

В будущем обстановка с поддержанием страной неортодоксальных направлений много раз повторялась, к примеру, при борьбы в церкви между иосифлянами и нестяжателями. Последние, как и «жидоствующие», выступали против церковной собственности, и изначально приобретали помощь центральной власти. Но не-стяжатели два раза не поддержали князя Василия III (при аресте князей Шемячичей в первой половине 20-ых годов шестнадцатого века и при его разводе с Соломонией Сабуровой во второй половине 20-ых годов XVI века), и в следствии лишились помощи, а фаворит нестяжателей, Вассиан Патрикеев, был сослан в иосифлянский монастырь, где скоро скончался.

Так, отсутствие политически сильных групп особых заинтересованностей, талантливых оказывать влияние на власть(к примеру, в Англии), содействовало понижению трансакционных издержек ведения переговоров. Существующие группы подчинялись прямым директивам, и затрачивать средства на централизацию власти было бессмысленно. При же наличия нескольких политически сильных групп, соперничающих за помощь центральной власти (как, к примеру, в Российской Федерации), трансакционные издержки переговоров с ними были кроме этого довольно мелки, и потому существенно действеннее была политика манипулирования политическими группами с целью поддержания баланса сил, нежели организация массовой «охоты на колдуний».

В условиях недостатка средств государство испытывает, а также, значительные неприятности в применении собственного главного ресурса — аппарата принуждения. Кроме того признание классических прав правителя не гарантирует отсутствия активного сопротивления со стороны сильных соперников при превышения, согласно их точке зрения, полномочий власти. А это формирует угрозы, впредь до свержения и военного восстания.

В таковой ситуации необходимость поиска денежных укрепления и средств центральной власти становятся взаимоувязанными задачами. С целью проведения институциональных преобразований, направленных на упрочнение политической силы либо изъятие достатка, центральная власть обязана создать определенные предпосылки, оправдывающие её действия, придающие им легитимный темперамент и разрешающие приобрести помощь широких весов. Одним из способов создания таких предпосылок есть применение университета «охоты на колдуний».

Решающим причиной в обеспечении устойчивости нового университета в этих условиях выясняется соотношение для него издержек и выгод в сравнении с другими институциональными альтернативами. При внедрении университета охоты на колдуний центральная власть опирается на две группы лиц: тех, для кого университет удачен, и тех, кто будет выполнять правила, минимизируя ущерб от санкций. Наряду с этим центральная власть, влияя на население, применяет всё те же два стимула:

— ужас — паника по поводу ведовства, подкрепляемая другими бедствиями и голодом, создавала благоприятную землю для институциональных преобразований, направленных на преследование политически сильных групп и изъятие достатка. Тут же нужно учесть ужас появляться обвиненным в ведовстве по обстоятельству пассивной позиции в преследовании еретиков.

— «достаток — власть» — центральная власть создавала для подданных материальные стимулы к преследованию подозреваемых в ведовстве через узаконивание конфискации имущества еретиков, предоставляя вознаграждение преследователям еретиков и закрывая глаза на очевидное принуждение в отношении друг друга со стороны подданных.

Центральная власть для стимулирования активности подданных в «охоте на придания» и ведьм конфискациям легитимности принимает нормативно-правовые акты, разрешающие конфискацию имущества еретиков и регулирующие правила раздела имущества между участвующими в преследовании сторонами. Правовые нормы, регламентирующие преследование ведовства, существуют практически во всех средневековых странах. Но, в случае если крупномасштабная акция не планируется центральной властью, эти нормы не предусматривают конфискации имущества и масштабы инквизиции намного меньше.

Для доказательства экономической мотивации борьбы с ведовством в первой группе государств (в которых трансакционные издержки сотрудничества центральной власти с группами особых заинтересованностей запретительно высоки) воспользуемся историей применения и создания антиведовского законодательства Германии и Франции.

Во Франции распространение ведовских процессов начинается с принятия Карлом VIII в первой половине 90-ых годов XV века эдикта, предусматривающего конфискацию имущества еретиков. Период 1497-1625 годов характеризуется как пик «охоты на колдуний». Во время 1625-1682 годы обнищание и общественное волнение стали причиной закату борьбы с ведовством.

А принятие эдикта от июля 1682 года, предусматривающего наказание за ведовство, но не предусматривающего конфискацию имущества, стало причиной прекращению «охоты на колдуний». Разумеется, что значимым стимулом к преследованию для подданных, так же как и для центральной власти, стало присвоение конфискованного имущества, а демонология есть только инструментом, снабжающим легитимность и устойчивость перераспределения доходов.

В Германии распространение охоты на колдуний проистекало в соответствии с теми же закономерностями. К примеру, в то время, когда в Оффенбурге 27 июня 1628 года было введено вознаграждение в 2 шиллинга за каждую разоблаченную колдунью, тут же началась истерическая антиведовская компания.

В сентябре 1630 года иезуит — исповедник Фердинанда II, папа Ламормайни, довёл до его сведения, что общая враждебность, позванная его пассивностью в преступных делах по ведовству, мешает избранию его сына на императорский престол. Фердинанд II запретил конфискацию имущества, и к лету 1631 года террор закончился.

В Баварии «охота на колдуний» кроме этого началась с принятия герцогом Максимилианом в 1611 году эдикта, содержащего строки: «Все, кто вступает в альянс с сатаной, подлежат пытке, казни огнём и конфискации имущества». Подтверждают догадку о меркантильных целях преследователей и своеобразные перерывы в «охоте на колдуний». К примеру, 7 июля 1629 году австрийские власти, которым принадлежала большая часть собственности Оффенбурга, заявили собственные права на собственность казнённых колдуний.

Горсовет прекратил преследование колдуний до тех пор, пока не решился вопрос с конфискацией, и Австрия не отказалась от своих притязаний на конфискованное имущество. В сентябре того же года появилось разногласие в вопросе раздела конфискованного имущества между церковной и светской властями. Судебные процессы снова были приостановлены , пока власти не пришли к новому соглашению о разделе имущества еретиков.

«Охота на колдуний» длилась , пока это было выгодно преследователям. И чем более выгодно, тем более ожесточёнными и преступными становились процессы. В тех местах, где конфискация собственности была запрещена (семьи осуждённых тут оплачивали лишь затраты по ведению процесса и казни), процессы оставались довольно добрыми и немногочисленными.

В том месте же, где конфискация разрешалась, количество процессов значительно возрастало, на одного охотника часто приходилось более чем 1 тысячи жертв.

Рост количества процессов, их ускорение приводят к созданию дохода и повышению преследователей дополнительных стимулов к «охоте на колдуний». Иоган Линден в «Истории Трира» так обрисовывал разгар ведовских процессов: «Так на большом растоянии зашло сумасшествие разъярённой толпы и жажда судей до поживы и крови, что не осталось ни одного человека, кто не был бы запятнан подозрением в этом правонарушении.

Детей осуждённых отправляли в изгнание, их имущество конфисковывали, виноградарей и пахарей практически совсем не осталось — из этого и неурожай. Наконец, не смотря на то, что пламя ещё не насытилось, но люди обнищали, и были приняты законы, каковые ограничили цена прибыли инквизиторов и судебного разбирательства, в этот самый момент же пыл преследователей угас».

Для анализа ведовства во второй группе государств (в которых трансакционные издержки сотрудничества центральной власти с группами особых заинтересованностей незначительны) воспользуемся опытом Северной Америки и Англии.

В Англии начало борьбы с ведовством совпало с принятием в первой половине 60-ых годов шестнадцатого века статута королевы Елизаветы, предусматривавшего смертную казнь за ведовство, но без конфискации имущества: «За женой для того чтобы человека сохраняется вдовья часть наследства, а за приёмниками и наследниками для того чтобы человека сохраняется его либо их право наследования имущества». Более поздний статут Якова I, от 1604 года, кроме этого предусматривал сохранение прав собственности за наследниками и женой обвиненного в ведовстве. Кроме того при конфискации из-за отсутствия наследников процесс Уорбойсских колдуний (последнее десятилетие XVI века) положил традицию тратить имущество осужденных на чтение проповедей против ведовства, преступности и греховности, сохранившуюся впредь до 1812 года.

И, как следствие, среди подданных не организован экономический интерес в преследовании еретиков, а масштабы ведовских процессов в Англии намного меньше, чем в континентальной Европе: за 119 лет, с 1566 по 1685 годы, число казнённых оценивается менее чем в 1000 человек. Не использовались самые варварские пытки континентальной Европы, а пределом жестокости стали пытки бессонницей, диета и связывание конечностей из хлеба и воды (против европейских дыбы, тисков и подогреваемого на огне металлического стула).

Самое массовое в истории Англии истребление колдуний началось летом 1645 года, в то время, когда конфликт между парламентом и королём, перешедший в гражданскую войну, привёл к ослаблению центральной власти и сделал вероятным последовательность ведовских процессов, самым известным из которых стал процесс «Фавершемских колдуний». Стало возмможно безнравственного обогащения. Для примера, узнаваемый охотник на колдуний Мэтью Хопкинс за год собственной деятельности получил около 1000 фунтов лишь в качестве платов за разоблачение.

На исходе гражданской войны под властью Кромвеля восстановилась политическая стабильность, и массовая «охота на колдуний» стихла. По окончании 1667 года смертных казней не было, а по окончании 1700 года любой, рискнувший обвинить кого-либо в ведовстве, сам подвергался опасности наказания. Позднее статутом Георга II от 1736 года ведовство в Англии прекратило быть уголовным правонарушением.

В Северной Америке процессы против колдуний проводились редко и в ещё менее ожесточённых формах. В общем итоге в Америке за ведовство казнили 36 человек. Обращение в этом случае идёт о фермерских семьях, имеющих незначительное количество наличных денег, а следовательно, кроме того издержки на заключение в тюрьме (оплачивающиеся за счет обвиняемых) для них были громадны.

А цена пыток, нужных чтобы получить признание, выяснялась запредельно высокой. И это одна из обстоятельств малого количества судебных процессов. Помимо этого, параграф 47 Корпуса свобод 1641 года запрещал применять из телесных наказаний безжалостные, безжалостные и ожесточённые.

Одним из процессов, выходящих за пределы аналогичной практики, стало дело Салемских колдуний 1692 года. В этом ходе имела место противозаконная конфискация собственности. Появление экономических стимулов в следствии применения конфискации стало причиной вторым злоупотреблениям: в этом ходе употреблялись пытки, давление на судей и обвиняемых.

Резонанс в обществе, вызванный данным процессом, и подрыв доверия к спектральному доказательству стали причиной неосуществимости осуждения за ведовство, и, начиная с 1693 года, ведовские процессы в Америке закончились.

Иван Лизан: Хунта боится утерять заинтересованность США в нынешней Украине


Удивительные статьи:

Похожие статьи, которые вам понравятся:

Вы можете следить за комментариями с помощью RSS 2.0 ленты. Комментарии и трекбеки закрыты.

Comments are closed.