Создатель прообраза арматы

Герои войны

Александр Александрович Морозов – неповторимый инженер, конструктор, человек, проживший жизнь, наполненную созиданием. В мировом танкостроении он держит полное лидерство по количеству произведённых автомобилей его конструкции. Пророческие слова Морозова о недопустимости эксплуатации в армиях сходу нескольких моделей однотипных танков всецело подтвердились в 90-е и 2000-е годы.

К сожалению, подтвердились и его опасения, что обстановка 70-х годов уже через 10–15 лет поставит под сомнение лидирующее положение СССР в мировом танкостроении.

Людская память несовершенна. Мы не можем запомнить всего, что нам хотелось бы, а держим в памяти только то, о чём нам всегда напоминает окружающая ситуация. Невостребованное нами забывается, и обычно, встретив через много лет человека, с которым когда-то тесно общались, мы не можем его определить.

Коллективная память не меньше несовершенна – люди не забывают о личностях, каковые неизменно «на слуху», и совсем незаслуженно забывают вторых, обычно намного более хороших. Имя Александра Александровича Морозова вряд ли что-то сообщит тем, кто не интересуется танкостроением, но наряду с этим любой знает, кто таковой Калашников. Но оба этих конструктора являются главными персоналиями в собственных отраслях: Калашников – в конструировании стрелкового оружия, Морозов – в танкостроении.

Эта статья написана, дабы хоть частично компенсировать эту историческую несправедливость.

Создатель прообраза арматы
Александр Александрович Морозов
Источник — morozov.com.ua
Биография

Александр Морозов появился 29 октября (по старому стилю – 16 октября) 1904 года в городе Бежица Брянского уезда Орловской губернии в семье рабочих. В 1914 году семья будущего конструктора переехала в Харьков, где его папа устроился трудиться на Харьковский паровозный завод (потом – ХПЗ). 2 марта 1919 года, по окончании шести классов настоящего училища, четырнадцатилетний паренёк, за отцом, отправился трудиться на это предприятие – в технической конторе завода ему доверили переписывать техническую документацию.

С этого момента начинается славная трудовая деятельность А.А. Морозова, которая всю его жизнь будет связана с ХПЗ.

В мае 1923 года девятнадцатилетний парень, не имеющий высшего инженерного образования, делается чертежником-конструктором – отражается существующий в стране недостаток грамотных и просто грамотных людей. Именно сейчас завод приобретает заказ на ведение конструкторской разработки, которая предопределит предстоящую его будущее и специализацию самого Морозова. В начале 20-х годов СССР испытывал острую потребность в собственных гусеничных тракторах, исходя из этого в первой половине 20-ых годов XX века тракторная рабочая группа при Госплане решила организовать на ХПЗ производство германского ВД-50 «Ганомаг» мощностью 50 л. с. Но конструкторам, в числе которых был и Александр Морозов, было нужно не просто освоить производство данной автомобили, но и кардинально доработать трактор, дабы он соответствовал производственным возможностям харьковчан и советским экономическим реалиям того времени.

Техническая контора ХПЗ, 1923 год
Источник — morozov.com.ua

В тогдашнем СССР бензина остро не хватало, но имелось большое количество керосина, при работе на котором двигатель ВД-50 терял до 25% собственной мощности. Было нужно его переделать, в следствии чего оказался керосиновый мотор, габаритами превышавший «родной» бензиновый. Сейчас появилась необходимость перепроектировать целый трактор, дабы установить на него новую силовую установку, попутно заменив (с целью удешевления) все подробности, изготовленные из цветных металлов, металлическими и чугунными.

Оказавшаяся совсем новая гусеничная машина получила и новое наименование – «Коммунар».

Дабы трактор не вяз в жирных украинских чернозёмах, харьковские конструкторы увеличили длину и раму гусениц, траки для которых было нужно обучаться отливать. Помимо этого, на предприятии освоили поточное производство двигателей внутреннего сгорания. Работы курировали германские инженеры предприятия «Ганомаг» (Hannoversche Maschinenbau AG), приезжавшие на ХПЗ в долгие командировки.

Танки вместо тракторов

С ноября 1926 по октябрь 1928 года стаж Морозова на ХПЗ прервался, поскольку он проходил срочную работу авиационным техником-мотористом в 20-й авиационной эскадрилье, размешавшейся в Киеве, по окончании чего снова возвратился в Харьков. На родное предприятие Морозов приехал своевременно – именно сейчас тут, под неспециализированным управлением главного конструктора КБ Орудийно-арсенального треста С.П. Шукалова, началось проектирование первого советского среднего танка Т-12.

Главные работы по проектированию осуществляли конструкторы, возраст которых не превышал тридцати лет – недочёт опыта им компенсировали усидчивость и напористость. Без отрыва от работы двадцатитрёхлетний Александр Морозов заочно поступает в Столичный автотракторный университет имени М. В. Ломоносова, что оканчивает в первой половине 30-ых годов двадцатого века.

За это время два собранных прототипа танка Т-12 прошли полигонные опробования, по окончании которых приёмная рабочая группа советовала харьковчанам усовершенствовать машину. В следствии доработок инженеры конструкторской танковой группы ХПЗ, возглавляемой ровесником Морозова И.Н. Алексенко, к лету 1930 года создали первый всецело коммунистический танк Т-24.

Но эта машина была выпущена малой серией – всего 25 единиц.

Дело в том, что одвременно с этим в Ленинграде в конструкторском бюро АВО-5, где совместно трудились германские и советские инженеры, был создан ещё один средний танк – ТГ-1 конструкции Эдуарда Гроте. Советскому руководству он понравился больше харьковского, и серийное производство Т-24 остановили как бесперспективное.

Танк Т-24
Источник — museum-t-34.ru

Но скоро стало известно, что ТГ-1 не владеет нужными чертями, весьма нетехнологичен и дорог в производстве. Было израсходовано большое количество средств и времени, а страна так и не взяла нужного ей среднего танка. Для решения этого вопроса в первой половине 30-ых годов двадцатого века советская делегация во главе с главой Управления по механизации и моторизации РККА комкором И.А.

Халепским заключила контракт с компанией американского конструктора Джона Уолтера Кристи о приобретении двух танков М1931 и лицензии на их производство. Создавать советскую версию американского танка поручили ХПЗ. Но основной конструктор танкового КБ ХПЗ Алексенко отказался трудиться над зарубежным танком, считая это непатриотичным, и подал заявление на увольнение.

И.Н. Алексенко – начальник танковой конструкторской группы ХПЗ им. Коминтерна с 1927 по 1930 год
Источник — morozov.com.ua

Вместо него юный коллектив харьковских танкостроителей возглавил второй коммунистический инженер – А.О. Фирсов, до этого трудившийся конструктором ленинградского завода «Русский дизель». В городе на Неве он был арестован ОГПУ и осуждён как член вредительской антисоветской группы.

Ссылкой в Харьков и работой на ХПЗ ему заменили пять лет заключения в колонии. Под управлением Фирсова харьковчане и начали работу над созданием линейки танков БТ.

Кристи схитрил, поставив собственные танки без башен, чертежи танка кроме этого были предоставлены не полностью, а сам конструктор, не обращая внимания на условия соглашения, в СССР не приехал. В следствии советское правительство недоплатило ему 25 тысяч американских долларов, а КБ Фирсова принялось дорабатывать танк, взявший новый индекс БТ-2. Работу пара облегчил тот факт, что недостающие чертежи советские разведчики смогли купить у рядовых инженеров компании Кристи, и скоро они появились в распоряжении харьковчан.

А.О. Фирсов – начальник КБ Т2К ХПЗ им. Коминтерна с 1931 по 1936 год
Источник — morozov.com.ua

Танк всегда модернизировался, в нём всё меньше оставалось американского и всё больше прибавлялось советского. Несменяемой оставалась лишь свечная подвеска Кристи и универсальная ходовая часть, дававшая машине возможность перемещаться как на гусеницах, так и без них. Для танков БТ-2 (создан в первой половине 30-ых годов двадцатого века), БТ-5 (создан в первой половине 30-ых годов двадцатого века), БТ-7 (создан в 1935 году) Александр Морозов занимался внесением изменений и проектированием трансмиссии в их ходовую часть.

В первой половине 30-ых годов XX века Александр Александрович поступил на учебу в сектор боевой подготовки Дома Красной Армии и 1 мая 1934 года окончил направления командиров экипажа БТ. Купленный опыт разрешил ему в последующие годы наблюдать на танк не только глазами конструктора, но и с позиций танкиста, которому предстояло вести войну в данной машине.

Опробования БТ-7 – преодоление рва
Источник — morozov.com.ua

Появление Фирсова на ХПЗ оказало большое влияние на предстоящее развитие советского танкостроения. С собой на завод он принёс идею применения дизельного двигателя в качестве силовой установки танка. Помимо этого, с его подачи начальник двигательного отдела КБ К.Ф.

Челпан создал легендарный 12-цилиндровый танковый дизельный двигатель водяного охлаждения В-2. При Фирсове в конструкции танков начали использоваться размещение бронедеталей под оптимальными углами наклона. При нём же 76,2-мм танковую пушку начали разглядывать как оптимальное главное оружие для будущих средних танков.

Все эти идеи позднее воплотятся в танке Т-34, но реализовывать эти планы самому Фирсову не довелось – в СССР начались репрессии второй половины 30-х годов, и конструктор пал их жертвой. Летом 1936 года его отстранили от должности, аргументируя это тем, что на нескольких сотнях первых танков БТ-7, поставленных в армии, начали выходить из строя коробки перемены передач (потом – КПП). Морозов, к тому времени «выросший» до ведущего конструктора и возглавивший целый отдел КБ, скоро устранил распознанные недостатки, но Фирсова это спасти уже не имело возможности.

Инженер – страшная профессия

В середине 1937 года, успев ввести в курс дела собственного преемника М.И. Кошкина, отправленного из Ленинграда, Фирсов вместе с директором ХПЗ И.П. Бондаренко был арестован и скоро расстрелян.

Репрессиям подверглись и многие другие работники харьковского КБ.

Морозова волна арестов миновала – более того, в определённом смысле она расчистила ему путь наверх, поскольку по окончании отстранения Фирсова от должности в июле 1936 года Александр Морозов возглавил сектор по проектированию новых автомобилей.

М.И. Кошкин – основной конструктор танкового КБ завода №183 с 1936 по 1940 год
Источник — morozov.com.ua

Но так везло не всем – к примеру, 15 декабря 1937 года по делу о «греческом заговоре» был арестован и позднее расстрелян создатель танкового дизеля В-2 К.Ф. Челпан. Инженеры, не подвергшиеся репрессиям, всегда вызывались на допросы.

На ХПЗ сложилась нездоровая психотерапевтическая ситуация, в особенности усложнившаяся, в то время, когда раздельно от бюро, возглавляемого Кошкиным, было создано ещё одно отдельное КБ (потом – ОКБ), в которое вошла часть конструкторов ХПЗ (среди них и А.А. Морозов), и около тридцати выпускников моторизации и Военной академии механизации РККА (потом – ВАММ), отправленных из Москвы на усиление (на фоне всё новых спускаемых сверху задач Харькову катастрофически не хватало конструкторов).

Управление ОКБ поручили адъюнкту ВАММ военинженеру 3-го ранга А.Я. Дику.

Но таковой опыт с двумя конструкторскими бюро, трудящимися в один момент на одном заводе, не имел возможности закончиться продуктивно. ОКБ А.Я. Дика сорвало все сроки по созданию нового танка БТ-20 с шестью ведущими колёсами, дизельной конической башней и силовой установкой, снабжённой 45-мм либо 76-мм танковой пушкой.

В следствии в апреле 1938 года А.Я.

Дика кроме этого арестовали и послали в лагеря, где он совершил десять последующих лет. Танковое КБ завода, что в то время стал номерным (завод №183), возглавил Кошкин, а его помощником прописали Морозова. Перед харьковчанами была поставлена та же задача, которая ранее ставилась перед Диком – создать модернизированный БТ-7 с приводом не на одну, а на три пары колёс.

Но Кошкин и его подчинённые были не в полной мере с нею согласны и обратились лично к Сталину.

Танк БТ-ИС
Источник — karopka.ru
На пути к легенде

28 апреля 1938 года на заседании министерстваобороны Кошкин приобретает от Сталина разрешение спроектировать несколько, а два умелых танка: первый – колёсно-гусеничный БТ-20 (либо А-20), соответствующий «столичным» требованиям, второй – только гусеничный дизельный А-32, конструкцию которого харьковчане создали самостоятельно. В следствии уже к концу лета 1939 года прототипы А-20 и А-32 прошли производственные опробования, на которых продемонстрировали себя с лучшей стороны.

Довоенные танки производства завода №183. Слева направо: БТ-7 (А-8), А-20, Т-34–76 с пушкой Л-11 (примера 1940 года), Т-34–76 с пушкой Ф-34 (примера 1941 года)
Источник — cp12.nevsepic.com.ua

По окончании анализа участия и полевых испытаний А-32 в военных действиях Советско-финской войны его броню усилили, в следствии чего показался новый прототип танка – А-34. В феврале 1940 года были совершены войсковые опробования, а в марте Кошкин, что ещё до поездки очень сильно простудился, отправился вместе с двумя А-34 из Харькова в Москву, где получил разрешение на запуск этого танка в производство под индексом Т-34.

В Харьков он возвратился тяжело больным абсцессом лёгких, от которого скончался 26 сентября того же года. С этого момента А.А. Морозов делается главным конструктором завода №183.

А.А. Морозов
Источник — morozov.com.ua
Среди уральских гор

В ноябре 1940 года Т-34 приобретает собственную известную танковую пушку 76-мм Ф-34, созданную в Неприятном в КБ завода №92 под управлением другого легендарного советского конструктора В.Г. Грабина. На заводе полным ходом шла «запуск» и доводка проекта Т-34 в серийное производство, в то время, когда 22 июня 1941 года разразилась война.

Соперник быстро приближался к Харькову, и в октябре завод №183 был эвакуирован в уральский город Нижний Тагил. Тут в течение последующих двенадцати лет полностью проявится конструкторские способности и организаторский талант А.А. Морозова.Под его управлением проводилось постоянное совершенствование Т-34.

Боевые действия продемонстрировали, что на 88-мм боеприпас германских танковых и противотанковых пушек наклон брони «тридцатьчетвёрки» не воздействует, и в первой половине 40-ых годов двадцатого века КБ создало новый танк Т-43, лобовое бронирование которого увеличили с 45 до 75, а бортовое – с 45 до 60 мм. Наряду с этим вес танка вырос незначительно – с 32 до 34 тысячь киллограм. Частично этому содействовало использование в умелом танке торсионной подвески вместо употреблявшейся в Т-34 подвески Кристи.

КБ в годы войны, г. Нижний Тагил
Источник — morozov.com.ua

Для прототипа была создана башня новой конструкции – более просторная и с лучшим бронированием. С 19 августа по 5 сентября 1943 года три автомобили Т-43 проходили боевые опробования в «особенной танковой роте №100» вместе с умелыми танками Т-34/57, танком Т-34 с башней от Т-43 и танком Т-34 с огнемётными установками. В этих битвах танки приобретали попадания, но подбиты не были – так, подтвердилось, что их броня намного лучше «держит» боеприпасы соперника.

Однако, танк в серию не отправился, поскольку его внедрение в производство неизбежно привело бы к понижению темпов выпуска танков в целом по стране. Помимо этого, советским средним танкам требовалась установка орудия более замечательного калибра вместо 76-мм пушки Ф-34. Она не имела возможности пробить броню новых германских танков «Тигр» и «Пантера», и лобовую броню самой массовой САУ Вермахта StuG 40 Ausf.

G, толщину которой германские конструкторы, как и у «Пантеры», довели до 80 мм.

Что же касается Т-43, резервы повышения веса которого были исчерпаны, то установка более тяжёлого орудия неизбежно привела бы к резкому понижению его подвижности.

Танки Т-34–76 (слева) и Т-43 (справа)
Источник — morozov.com.ua

Управление СССР решило ограничиться глубокой модернизацией Т-34, которую кроме этого проводило КБ Морозова – на танк установили башню от Т-43, разместив в ней 85-мм танковую пушку ЗИС-С-53, созданную в КБ Грабина. В следствии оказался совсем новый танк, а конструкторские ответы, отысканные при создании шасси Т-43, были реализованы позднее в другом серийном танке – Т-44.

Всего индустрией СССР, а позднее Чехословакии и Польши, было выпущено 35467 танков Т-34 и более чем 35000 танков Т-34–85 (цифры в разных источниках варьируются). Так, танк, над модернизацией которого КБ Морозова трудилось всю войну, был самым массовым танком, выпускавшимся на протяжении Второй мировой войны.

Танк Т-34–85
Источник — wikimedia.org

Сталин лично курировал работу «морозовского» КБ и, по воспоминаниям Александра Александровича, потребовал докладывать о ведении работ каждые три часа. Конструктор был под круглосуточной охраной, а от подъезда дома до проходной завода и обратно его возил персональный автомобиль с телохранителями. В целях безопасности Морозова ограничили в прогулках на свежем воздухе, что его, как человека обожавшего природу, весьма огорчало.

Но, как и многие в то время, основной танковый конструктор страны был человеком важным и готовым на каждые жертвы для приближения Победы.

В борьбе за мировое лидерство

В первой половине 40-ых годов XX века КБ создало новый танк Т-44, что тогда же начал выпускаться серийно маленькими партиями, но в военных действиях участия не принимал. В этом танке был реализован целый армейский опыт советского танкостроения, и управление СССР справедливо полагало, что ненужно рисковать новейшими разработками. Участвуя в военных действиях, танк имел возможность попасть к немцам, а оттуда – к союзникам, отношения с которыми быстро портились.

Так, появлялся риск в погоне за сиюминутной пользой утратить возможности мирового лидерства в танкостроении на следующие десятилетия.

Танк Т-44
Источник — morozov.com.ua

Т-44 имел торсионную подвеску. Двигатель нового танка (модернизированный дизель В-2, взявший индекс В-44) в первый раз по окончании танка Т-18 разместили не на протяжении, а поперёк корпуса. Для передачи вращательного момента с двигателя на расположенную параллельно ему трансмиссию начали применять новое устройство – «гитару» (редуктор с передаточным числом 0,7).

Такая компоновка существенно высвободила внутреннее пространство танка, разрешила уменьшить высоту и длину его корпуса, что давало экономию по весу, использованную конструкторами для усиления бронирования, которое достигало: у лобовых деталей танка – 90 мм (против 45 мм у Т-34), у бортовых – 75 мм (против 45 мм у Т-34), у кормовых – 30 мм.

башня и Пушка танка Т-44 оставались теми же, что и у Т-34–85. Создавались прототипы со 122-мм пушкой Д-25Т-44 и 100-мм ЛБ-1, но эти автомобили оказались перетяжелёнными, не могли вместить громадный боезапас и потому в серию не пошли.

Коммунистический танк Т-44–122 и германский танк PzKpfw V «Пантера» на сравнительных опробованиях. Фото из архива Харьковского конструкторского бюро по машиностроению имени А.А. Морозова
Источник — waralbum.ru

Новый танк выпускался недолго (до 1947 года), так как скоро его заменила вторая машина КБ Морозова, ставшая легендарной – Т-54. Первоначально танк имел индекс Т-44Б, но в то время, когда стало известно, что новая машина кардинально отличается от исходной, индекс поменяли.

Рождение самого массового танка

Танк приобрел новую башню со 100-мм пушкой Д-10Т, прекрасно зарекомендовавшей себя в битвах на САУ СУ-100. Лобовое бронирование корпуса увеличили с 90 до 120, а башни – со 120 до 180 мм. Но при полигонном обстреле танка у башни выявился весьма важный недостаток – повышенная возможность замана (рикошета боеприпаса от нижней части башни в верхнюю слабозащищённую поверхность корпуса).

Однако, кроме того с таким недостатком танк был принят на вооружение, и с 1946 года началась подготовка к его серийному выпуску.

За 1947 год заводом №183 в Нижнем Тагиле было произведено 22 единицы Т-54. Такое маленькое число изготовленных танков было вызвано громадным числом недочётов, каковые обнаружились в ходе проводимых в один момент опробований, и освоением разработки производства. Во второй половине 40-ых годов XX века выпустили уже 593 танка Т-54, и они начали поступать в части, откуда посыпались жалобы на низкий уровень качества серийных недостатки и машин самой конструкции.

Армейские клиенты отыскали в памяти о замане, о том, что машина перетяжелена, и в январе 1949 года было решено остановить серийное производство танка , пока КБ завода №183 не избавит танк от его недочётов.

Танк Т-54–1
Источник — nevseoboi.com.ua

К ноябрю 1949 года было получено разрешение на запуск в серию нового модернизированного танка Т-54–2. Его вес сократился на 1,7 тонны, что уменьшило нагрузку на ходовую часть, а лобовую броню башни сделали уже на 20 мм. Были ликвидированы и другие недостатки – в частности, ширина гусениц увеличилась с 500 до 580 мм, снизилось удельное давление танка на грунт, и увеличилась его проходимость.

Танк Т-54–2 в Техническом музее им. Сахарова (г. Тольятти)
Источник — ponedelnik.info

В первой половине 50-ых годов XX века Т-54–2 приобрел новую полусферическую башню, ставшую отличительным показателем советских танков на следующие десятилетия.

Танк Т-54 зажил собственной судьбой, свободной от его создателя. Он многократно модернизировался в Нижнем Тагиле и по окончании отъезда оттуда Морозова в конце 1951 года. На его базе был создан танк Т-55, что был так родным к собственному исходному варианту, что практически во всех западных и многих советских источниках танки Т-54 и Т-55 обозначаются как Т-54/55.

Китай по лицензии производил собственные версии этого танка – «Тип 62» (облегчённый) и «Тип 59». С учётом модификаций (среди них и зарубежных) с 1945 по 1979 год было выпущено около 100 тысяч автомобилей линейки Т-54, что делает данный танк самым массовым в истории танкостроения.

Танк Т-54А
Источник — morozov.com.ua
За 38 лет до «Меркавы»

Параллельно с главными танками хорошей компоновки Морозов разрабатывал и другие автомобили. Он был одержим идеей сохранения судеб экипажей, и видел путь ответа этого вопроса в перенесении пары «двигатель-трансмиссия» в переднее отделение танка. Так, двигатель создавал бы танкистам защиту, принимая боеприпасы на себя.

Первый проект таковой компоновки Морозов начал разрабатывать ещё до войны в КБ-24 при заводе №183.

За 38 лет до разработки израильских танков «Меркава» коммунистический конструктор пришёл к тем же выводам, к каким по окончании него придут конструкторы израильские. Новый танк А-44 разрабатывался в трёх проектах (весом 50, 40 и 36 тысячь киллограм), но его реализации в металле помешала война.

Модель танка А-44
Источник — morozov.com.ua

Александр Морозов возвратился к идее размещения пары «мотор-трансмиссия» в переднем отделении танка во второй половине 40-ых годов XX века, в то время, когда началась разработка проекта «Объект 416», в котором были реализованы многие технические новшества, до этого применённые при создании Т-54. Но танк новой компоновки был весьма нетехнологичным и дорогим в производстве.

Помимо этого, уровень развития приборостроения в то время не разрешал ликвидировать самый громадный объективный недочёт танка – нехорошей обзор с места механика-водителя. В следствии к концу 1952 года Морозов оставил идею создания танков с передним размещением двигателя, а конкурс у его «Объекта 416» победила разработка свердловских танкостроителей – САУ с вращающейся рубкой СУ-100П («Объект 105»), которую выпустили малой серией в 16 автомобилей.

Танки Т-54 и «Объект 416»
Источник — morozov.com.ua

Быть может, всецело сконцентрироваться на этом проекте Морозову помешали большие трансформации, случившиеся в его жизни. По окончании окончания войны КБ Нижнетагильского завода №183 столкнулось с тем, что эксперты, приехавшие на Урал из Харькова на протяжении эвакуации, сейчас всеми способами стремились возвратиться к себе. Чувствовался постоянный недостаток квалифицированных кадров, что усложнялся постоянным ростом количества задач, ставившихся перед Морозовым правительством.

Александра Александровича также тянуло в родные края, но его не отпускали, не смотря на то, что харьковский завод, взявший номер №75, к концу 40-х годов уже вернули.

«К себе!»

В осеннюю пору 1951 года работа на износ появилась, и Александр Александрович слёг с серьёзной формой язвы желудка. Он был безотлагательно доставлен в Москву, где в Кремлёвской поликлинике ему сделали сложную операцию. Уже в декабре Морозов получил разрешение на переезд в Харьков, где его прописали главным конструктором КБ-60 на заводе №75.

Реализацию в металле «Объекта 416» он осуществлял уже на новом месте.

Макет для опробования ходовой части «Объекта 430» на базе танка Т-54
Источник — morozov.com.ua

С этого момента усугубляется пагубное для советского танкостроения противостояние между так называемыми «северными» и «южными». К «северным» относились главные конструкторы и директоры Урала и предприятий Ленинграда, к «южным» – харьковские танкостроители и Мариупольский броневой завод.

Финал этого конфликта в пользу «северных» был предопределён, в то время, когда министром оборонной индустрии СССР, а после этого помощником Примьера СССР и главой Рабочей группы Президиума Совета Министров СССР по военно-промышленным вопросам стал Д.Ф. Устинов – занимавший ранее пост директора Ленинградского завода «Коммунист». Также, множество серьёзных для гражданских должностей и отрасли военных заняли представители «северных».

Но главные сражения данной «невидимой войны» были ещё в первых рядах, а до тех пор пока в Харькове Александр Морозов деятельно включился в работу по восстановлению КБ завода, которому хронически не хватало подготовленных кадров. Велась постоянная борьба за увеличение культуры производства, недочёт которой приводил к большому проценту брака. Параллельно коллектив КБ неустанно трудился над созданием принципиально новой автомобили, которая имела возможность бы осуществить кардинальный прорыв в танкостроении.

Новая работа на ветхом месте

В первой половине 50-ых годов двадцатого века в Харькове начинают трудиться над «Объектом 430». Для этого создаётся особый отдел проектирования КБ-60М, что возглавили помощник главного конструктора Я.И. главный конструктор и Баран А.А.

Морозов. Борьбу харьковчанам составил «Объект 140», разрабатывавшийся на заводе №183, но скоро преемник Морозова в Нижнем Тагиле Л.Н.

Карцев оставил идею его продолжения и сконцентрировался на модернизации танка Т-54.

Танк «Объект 430»
Источник — morozov.com.ua

В это же время, по многим причинам работы в Харькове двигались медлительно. Особое КБ, организованное при заводе №75 для новых танковых дизелей, трудилось медлительно, поскольку его конструкторам не хватало опыта. На Урале же к 1960 году успели создать новые «Объект 165» и «Объект 166», каковые были приняты на вооружение под индексами Т-62А и Т-62 соответственно.

Они были полностью унифицированы с Т-54 и Т-55, что облегчало их запуск в производство.

Так как харьковский проект «Объект 430», согласно точки зрения армейских функционеров, не сулил качественного прорыва, его закрыли.

Но Александр Морозов не сдавался. Новый «Объект 432» кардинально отличался как от прошлой разработки, так и от Т-62. На нём употреблялся новый оппозитный пятицилиндровый турбопоршневой дизельный двигатель мощностью 700 л.с. с наддувом, что харьковчане разрабатывали в общем итоге более пятнадцати лет.

Он владел таковой чёртом как многотопливность, другими словами имел возможность применять фактически все виды горючего.

От двигателя вращательный момент передавался напрямую на две бортовые планетарные коробки передач, а плавность хода обеспечивалась соосными торсионами и телескопическими гидроамортизаторами. Морозов отказался от катков громадного диаметра – на советских танках снова, наровне с опорными катками (с внутренней амортизацией) показались поддерживающие ролики. Гусеница была сделана максимально облегчённой, ажурной, что увеличило уязвимость танка при подрыве на мине.

Одновременно с этим, такая конструкция гусеницы снабжала лучшее сцепление с грунтом, чем у танков Т-72 и Т-80, и на неё меньше налипала грязь, это существенно увеличило проходимость танка. На Т-64 в первый раз была применена комбинированная броня с внутренним керамическим слоем, что существенно увеличил её устойчивость к пробитию кумулятивными и подкалиберными оперёнными боеприпасами.

«Объект 432», ставший танком Т-64, в Бронетанковом музее в Кубинке
Источник — foto-transporta.ru

Танк вооружили 115-мм пушкой 2А21, но скоро появились сомнения, что она разрешит на равных бороться с новейшими танками возможного соперника. Исходя из этого орудие решили заменить 125-мм гладкоствольной пушкой Д-81 2А26 (позднее заменена модернизированной 2А46, менее склонной к трансформации геометрии ствола при перепадах температур) с раздельным заряжанием, которая имела возможность стрелять как боеприпасами, так и противотанковыми управляе

Удивительные изобретения 30-х годов в СССР


Удивительные статьи:

Похожие статьи, которые вам понравятся:

  • Пушечных дел мастер

    Дабы охарактеризовать значение конструкторской работы Грабина для СССР времён войны, нужно подчернуть, что орудия (включая танковые), сделанные по…

  • Создатель военной доктрины израиля

    Хаим Нежен появился в 1919 году в городе Борисов (сейчас — Беларусь) в семье Мойше Нежна и Еты Гиршфельд. С детства Хаим слышал от родственников рассказы…

  • Сухопутный крейсер: стотонный танк

    Так имел возможность бы смотреться тысячетонный танк Эдуарда Гроте, главное оружие которого складывалось из двух корабельных 305-мм пушек. На фоне…

  • Три жизни ростислава алексеева

    За годы работы Алексеев создал замечательнейшее предприятие с развитой проектно-испытательной базой и воспитал много людей, увлеченных одним делом,…