Украина — ес: латвийская тьма в конце тоннеля

Стоит ли Украине рваться в Европейский союз любой ценой? Скорее нет, чем да… Аскетичная Германия, всегда голодная Греция, озлобленная на мигрантов Италия, полуголая Испания… Все они жаждут извлечь хоть какую-то пользу от расширения. Учитывая тот фактор, что Ветхий Свет не примет никого, не навязав евро — итоги предстоящей интеграции очень вызывающи большие сомнения.

Давайте разберем будущее денежной евроинтеграции по косточкам на примере Латвии. Латыши ласково именуют ее Милдой. В национальном головном уборе, с косами, она красовалась на серебряных монетах, первой Латвийской республики между первой и второй мировыми войнами.

Она была знаком независимости и национального единства при Советском Альянсе и популярным подарком среди эмигрантов.

Михела Гундега, жившая в Германии в конце Второй мировой на собственный пятилетие взяла в качестве подарка брошь с засунутой в нее монетой преимуществом в пять лат. В первой половине 90-ых годов двадцатого века, в то время, когда Латвия снова получила независимость, Милда показалась на водяных символах латвийских банкнот (и на векселях преимуществом 500 лат). И вот, в январе следующего года правительство желает променять столь милую латвийскому сердцу Милду на евро (Ее изображение останется лишь на монетах преимуществом один и два евро).

Михела, как и многие латыши, не одобряет эту выдумку.Украина — ес: латвийская тьма в конце тоннеля Она признает, что не хорошо разбирается в экономике. Но будучи директором Музея оккупации Латвии, где собраны свидетельства страданий нации, она осознаёт, как велик символизм этого образа.

Заглядывая в коробку с пожертвованиями, она отмечает, что у латвийских банкнот «мягкие, утепленные» цвета; а дизайн евро малоизвестного автора лишен «эмоционального компонента».

Как и предполагалось, европейские университеты одобрили заявку Латвии, никакого референдума в стране проводиться не будет. Михела уже собирает латвийские купюры для коллекции, на память об уходящей эре. Не все разделяют ее вывод.

Юные люди, к примеру, склонны думать, что евро окажет помощь им еще дальше отстраниться от России и упрочить отношения с Западной Европой; жёсткая Европа, не обращая внимания на собственные недочёты, даст им больше защиты, чем красивая Милда. Для премьер министра страны Валдиса Домбровскиса евро являлся путеводной звездой в жёсткие годы кризиса. Неприятности в Латвии предшествовали кризису в Греции, и были столь же разрушительными.

Но в отличие от греческих фаворитов Домбровскис самоотверженно решился всецело направляться германским правилам фискальной консолидации и реформам в условиях фиксированного валютного курса (лат привязан к евро), кроме того не обращая внимания на то, что в международный валютный фонд не рекомендовали этого делать, предлагая совершить девальвацию. Латвия оправилась по окончании глубокого падения и стала самой быстрорастущей экономикой в ЕС . Она и ее соседи по Балтике — Эстония и Литва — являют собой редкий пример успешной «внутренней девальвации».

Приняв в свои ряды восемнадцатого участника, Еврозона пройдет двойной вотум доверия: политика Латвии возьмёт признание и официальное одобрение, а евро — символ качества. В итоге, не обращая внимания на массу и кризис неприятностей, еще ни одна страна не изъявила жажды выйти из валютного альянса, а кое-какие кроме того желают к нему присоединиться. Эстония перешла на евро в 2011 году.

Литва сохраняет надежду сделать это к 2015 году.

Но как раз Латвия была под вниманием, потому, что лишь ей потребовалась официальная помощь МВФ. Критики прекратили призывать Латвию к девальвации. Сейчас они утверждают, что она не может служить примером для остальных государств Еврозоны.

Количество производства в стране еще не возвратился к докризисным показателям, уровень судьбы упал, безработица так же, как и прежде высока (что частично маскируется эмиграцией). Будучи небольшими торговыми экономиками, страны Балтии способны скоро восстанавливаться, сдерживая рост заработных плат и стимулируя экспорт. Большой стране, таковой как Италия, значительно сложнее компенсировать недостаток внутреннего спроса за счет экспорта.

По словам Домбровскиса, он кроме того не рассматривал девальвацию как тождественный вариант решения проблемы. Для него валютная привязка была равнозначна обязательству совершить реформы. Девальвация угрожала банкротством семьям и компаниям, взявшим займы в евро. Рынки прекратили кредитовать Латвию, исходя из этого фискальной консолидации было не избежать.

Лучше отсечь недостатки одним решительным ударом, чем растягивать это вызывающее большие сомнения наслаждение.

В любом случае, Домбровский не через чур заботится о недостатках. Долг Латвии образовывает 40% от ВВП если сравнивать с 10% в Эстонии (эта страна раньше перешла на правила сбалансированного бюджета). Но латышам дополнительные долги ничего не дали — эстонцы все равно богаче.

Сейчас Латвия страдает от всех недочётов евро, не имея доступа к его преимуществам. Присоединившись к валютному альянсу, она займёт место за столом переговоров, низкие проценты по займам и больше зарубежных инвестиций. И, само собой разумеется, доступ к ликвидности ЕЦБ и фонду спасения на случай нового кризиса. А вдруг евро развалится? По крайней мере, Латвия останется не одна, а вместе с такими сильными государствами как Германия.

Домбровскису не достаточно политической харизмы.

Но его здравый суть помог вернуть стабильность стране. Избиратели не верят, что он желает обогатиться, либо что он под каблуком у олигархов. Но на пути к евро его ожидают две ловушки.

Одна из них — это людская подозрительность. Опросы публичного мнения показывают, что латыши желают покинуть лат.

Но премьер министр говорит, что они уже дали согласие на единую валюту, в то время, когда голосовали на референдуме о присоединении к ЕС в 2004 году. Помимо этого, его уже два раза переизбирали, не обращая внимания на его проевропейскую политику. Вторая ловушка — это подозрительность европейцев по отношению к русским деньгам.

В Латвии живет много русскоговорящего населения, помимо этого, Латвия является крупным транспортным узлом для экспорта из России (и других республик, ранее входивших в Советский Союз), что много тревожит ее соседей. А по окончании коллапса двух наибольших кипрских банков, внимание переключилось на банки Латвии, на квитанциях которых сохраняются большие вклады русского происхождения. Правительство настаивает на том, что Латвию нельзя ставить на одну ступень с Кипром: у нее банки мелкие.

Латвии необходимо показать максимум осторожности. Помощь аскетичной Германии ей жизненно нужна, но и без согласия и одобрения Франции и южных государств Европы также не обойтись. Латвия, в отличие от Эстонии, не начнёт жаловаться на то, что бедная Восточная Европа выручает зажиточных южан.

В действительности, кое-какие кроме того уверены в том, что пора уже и Восточной Европе выдвигать собственных фаворитов на руководящие посты в европейские университеты.

Президент Эстонии Тоомас Ильвес говорит, что на следующих выборах в 2014 году необходимо выбирать государственныхы служащих их тех государств, каковые не нарушают фискальные правила Еврозоны (как, к примеру, во главе НАТО неимеетвозможности находиться страна, которая тратит на оборонный сектор меньше 2% от ВВП). Чем стремительнее растет популярность таких идей, тем стремительнее уменьшается число вероятных кандидатов. Многие из них будут уроженцами Восточной Европы.

Кое-какие уже кроме того пророчат Домбровскису серьёзную должность в Брюсселе.

Удивительные статьи:

Похожие статьи, которые вам понравятся:

Вы можете следить за комментариями с помощью RSS 2.0 ленты. Комментарии и трекбеки закрыты.

Comments are closed.