Вавилон на дунае

Герои войны

Австро-Венгерская империя, старая дунайская монархия, к началу ХХ века была необычным для стороннего наблюдателя смешением народов и языков. Такое «вавилонское столпотворение», при формальном господстве в двух солидных частях империи германского и венгерского, было характерно не только для гражданской судьбы, но и для армии.

Вооружённые силы империи вынуждены были приспосабливаться к такому положению дел и выработали необычную совокупность управления, основанную на многоязычии офицеров и солдат. Но эта совокупность не смогла сплотить армию и стала, пускай и косвенно, одной из обстоятельств поражения в Первой мировой.

национальный состав и Численность армии

Вооружённые силы Австро-Венгерской империи незадолго до Первой Мировой складывались из так называемой общеимперской армии (Gemeinsame Armee), в которой помогали представители всех этнических групп империи, ВМФ, и добавлявшихся к ним австрийского и венгерского ландверов (территориальных армий).


Фарфоровая тарелка, выпущенная к 60-летию царствования императора Франца-Иосифа, изображающая единение населений украины.
http://www.habsburger.net

В общеимперской армии, численность которой перед войной составляла около 1,5 миллиона человек при населении около 52 миллионов, были достаточно пропорционально представлены все населения украины.Вавилон на дунае Так, в соответствии с официальному армейскому справочнику за 1910 год, говорящие на немецком воины составляли 25,2% армии, венгерском — 23,1%, чешском — 12,9%, польском — 7,9%, рутенском (украинском) — 7,6%, сербохорватском — 9%.

Потому, что, как показывает историк Иштван Деак, при составлении анкет на призывном пункте армейским писарям не разрещалось записывать какие-либо иные языки, не считая определённых приказом, то иудеи, к примеру, попадали в группы немцев, венгров либо чехов, в зависимости от региона, где их мобилизовали. Так же было и с фриульцами, армянами, греками, турками либо цыганами, и всеми остальными небольшими этническими группами, чьи языки не входили в официальный армейский список.

В случае если взглянуть более пристально на распределение трёх наибольших языковых групп (германской, венгерской и чешской) по родам армий, то окажется, что в пехоте общеимперской армии венгров (24,6%) было чуть больше, чем немцев (22,2%). Но в кавалерии венгры (33,6%) имели абсолютное преимущество перед немцами (20,3%). Примечательно, что чехи (правильнее, говорящие на чешском) были достаточно равномерно представлены во всех родах армий: от 10,5% среди военно-медицинского персонала до 15,7% в кавалерии.

Этно-лингвистическая карта Австро-Венгрии (надавите для повышения)

Но все вышеприведённые цифры касаются рядовых и унтер-офицеров. Среди офицеров общеимперской армии непременно господствовали немцы, либо, скорее, не (на тот же 1910 год среди резервистов их было 60,2%, а среди кадровых офицеров — 78,7%). Это создавало определённый парадокс.

Иштван Деак, сравнивший статистические справочники с биографиями 500 лейтенантов, проходивших службу в армии в 1900 году, взял следующие результаты. На текущий год немцев, в соответствии с официальным армейским данным, среди офицеров было 80%, а в соответствии с подсчётам Деака — лишь 55%. Одновременно с этим гражданские статистики в первой половине 90-ых годов XIX века зафиксировали среди слушателей армейских школ только 36,9% немцев (предполагается, что они именно должны были к 1900 году дослужиться до лейтенантов).

Для венгров эти цифры выглядят как 7,6% / 9,1% / 22,1% соответственно. Установить правильные пропорции для офицеров из славянских народов сложно: неспециализированные цифры для чехов, поляков, словаков, прочих народов и хорватов выглядят как 11,3% / 16,7% / 38,3%.

Почтовая карточка для австро-венгерских воинов на девяти языках, информирующая, что её отправитель здоров и у него всё прекрасно

По-видимому, повышение доли немецкоговорящих офицеров было связано с их карьерой: и на работе, и в быту они применяли немецкий язык в качестве главного, что и отразилось в военной статистике. В романе Ярослава Гашека о воине Йозефе Швейке подобная эволюция австро-венгерского офицера-славянина охарактеризована следующим образом (перевод П. Г. Богатырева):

«Поручик Лукаш был обычным кадровым офицером очень сильно обветшавшей Австрийской монархии. Кадетский корпус выработал из него хамелеона: в обществе он сказал по-германски, писал по-германски, но просматривал чешские книги, а в то время, когда преподавал в школе для вольноопределяющихся, состоящей сплошь из чехов, то сказал им тайно: “Останемся чехами, но никто не должен об этом знать. Я также чех…“ Он считал чешский народ собственного рода тайной организацией, от которой оптимальнеедержаться подальше».

Наряду с этим Гашек пишет, что Лукаш происходил из крестьян Южной Чехии и испытывал сначала к немцам неприязнь. В военной школе Лукаш вместе с земляками, как напоминает его старший товарищ, дрался в собственном классе с немцами. Но эта ностальгия по давешним временам, как подчёркивает Гашек, была необычной: предаваясь воспоминаниям, оба офицера вели разговор по-германски.

Совокупность трёх языков

Конечно, что ни совокупность образования, ни официальное делопроизводство в органах власти, ни газеты и издания не могли до конца приучить миллионы подданных императора Франца Иосифа к германскому либо венгерскому языку. Эта тяжёлая задача выпала именно на долю армии, которая была вынуждена приспосабливаться к разноязыкой толпе новобранцев из всех частей страны.

Артиллеристы общеимперской армии на учебных стрельбах на плато Тетеньи вблизи Будапешта.
http://www.origo.hu

В общеимперской армии с конца 1860-х годов была выработана уникальная совокупность из трёх языков. Первым был так называемый «командный язык» (Kommandosprache) — комплект из приблизительно 80 универсальных команд на немецком. Вторым был «служебный язык» (Dienstsprache), употреблявшийся в военном документации, — по сути, это был германский «канцелярит», пригодный лишь для бумаг.

Наконец, третьим компонентом данной совокупности были так именуемые «полковые языки», которых официально насчитывалось 11, а неофициально 12. Как пишет историк Тамара Шеер, новобранцы по закону были в праве применять на работе собственный родной язык.

По окончании 1868 года мужчины в Австро-Венгерской империи были обязаны пройти трёхлетнюю военную службу (после этого срок снизили до двух лет) независимо от национальности, религии, социального положения и т. п. В случае если носителей какого-либо языка в полку общеимперской армии набиралось больше 20%, то данный язык становился одним из «полковых». Конечно, дабы уменьшить обучение и подготовку армейскому делу, руководство старалось собирать солдат в моноэтнические подразделения. Так, к примеру, в тех полках, что находились в Чехии, в ходу было два языка: чешский и немецкий, причём воины не смешивались и проводили всё время работы в привычной для них языковой среде.

Венгерский гусар. Лёгкая кавалерия австро-венгерской армии традиционно комплектовалась уроженцами её юго-восточных земель.
http://karpatiharsona.не сильный

Так что ясно, из-за чего в романе Гашека сапёр Водичка, очевидно прошедший срочную работу ещё до войны, удивляется Швейку, что свободно владеет немецким-языком: от воинов в принципе не требовалось ничего сверх знания 80 команд на немецком, а офицеры должны были сказать с подчинёнными на их родном языке. Не смотря на то, что, как пишет исследователь произведения Гашека Сергей Солоух, чешская обращение храбрецов книги достаточно специфична: это, по сути, армейский жаргон, пересыпанный заимствованиями из командного и служебного языков.

Особенности потребления языков в мирное и военное время

Как уже говорилось, в армии Австро-Венгерской империи было 11 языков, каковые официально имели возможность употребляться в качестве «полковых» немецкий, венгерский, чешский, хорватский, польский, итальянский, румынский, рутенский (украинский), словацкий, словенский и сербский. Двенадцатым, неофициальным, появился боснийский вариант сербо-хорватского языка. Ясно, что небольшим языкам снова не везло, и, например, те же иудейские воины, сказавшие на идиш либо ладино, никаких преимуществ не получали.

Боснийские горные стрелки, итальянский фронт, Изонцо, октябрь 1915 года.
http://www.bildarchivaustria.at

Ясно, что никто из офицеров не имел возможности до конца овладеть всеми языками. При нескончаемых переводах каждые пара лет из одного гарнизона в второй, они, как подчёркивает Тамара Шеер, редко удосуживались выучить что-то больше нужного для общения с денщиком минимума. Унтер-офицеры, каковые вели документацию, обязаны были владеть немецким, что значительно облегчало дело.

Конечно, подобная обстановка приводила к несуразицам, в то время, когда офицер практически не имел возможности объясниться со собственными подчинёнными и начинал мешать в собственной речи все слова, каковые знал. Так рождались уродцы типа «армейского славянского» (Armeeslawisch) либо «армейского германского» (Armeedeutsch). Эти необычные лингва франка — языки, более либо менее понятные всем — всё равняется всецело исправить положение не могли.

Чувствовался, как подчёркивает Шеер, недочёт лиц, знавших, к примеру, рутенский (украинский) язык либо одинаково прекрасно обладавших германским и венгерским.

Огромные политические трудности создавал и спор о главенстве того либо иного наречия в различных частях империи. К примеру, в Хорватии, входившей в Транслейтанию, хорватский язык приобретал преимущество перед всеми остальными «полковыми» языками, а в соседней Далмации, пребывавшей уже в Цислейтании, он становился только одним из многих вторых. Во Фриули, в северной части Италии, спорили между собой уже итальянцы и славяне, в Чехии и австрийских землях — славяне и немцы, в Галиции — поляки и украинцы.

офицеры и Солдаты 63-го пехотного полка перед отправкой на фронт, сентябрь 1915 года. Полк квартировал в современной румынской Бистрице (венг. Бештерче) в Трансильвании — регионе с традиционно разнородным населением.
https://arhivelenationale.culturalspot.org

С началом войны положение лишь ухудшилось. На фронт прибывали резервисты, подзабывшие «командный язык», и вовсе не проходившие никакой военной подготовки новобранцы, каковые довольно часто говорили лишь на родном языке. Кадровые офицеры кроме этого были разбавлены резервистами и наскоро выученными в спешно созданных военных школах штатскими, каковые не имели продолжительной практики общения с многонациональным военным контингентом.

Немцы из Германии, каковые, как союзники, тесно взаимодействовали с австро-венгерскими частями, недоумевали, как последние по большому счету имели возможность сколь-нибудь действенно сражаться. Так, кроме того через десятилетие по окончании Первой Мировой один из офицеров германской армии с удивлением вспоминал:

«Они передали мне трёх парней, дабы выстроить новую линию связи. Один был боснийцем, второй — чехом, а третий — венгром. Никто из них не сказал по-германски. И они кроме того не могли общаться между собой!»

Доходило до забавного. Так, один офицер-немец был должен в венгерском подразделении общаться с одним из воинов по-английски (тот незадолго до войны возвратился из Америки), а после этого уже данный импровизированный переводчик растолковывал распоряжения своим товарищам по-венгерски. Кадровый офицер Александр фон Урбански так обрисовывал собственное столкновение с языковым хаосом на передовой:

«Любой человек должен был сообщить мне собственную национальность… Чех, чех, поляк, итальянец, немец, поляк, чех, чех, чех, поляк, поляк, итальянец, немец. Они кроме того не осознавали друг друга. Командир роты сказал лишь на немецком языке.

Я не смог побеседовать с чехами.

Они постоянно отвечали: “нет немецкий, пан офицер”. Лишь через пара дней, в то время, когда я начал использовать чешские слова — немногие, что я знал, — они начали говорить со мной на ломаном германском языке».

В следствии ни офицеры, ни воины не могли нормально общаться. Это создавало огромные трудности для пропаганды: сложно вдохновить тех, кто тебя не осознаёт. Сложности испытывала и военная цензура: так, к примеру, один из её работников в Южной Венгрии все письма на кириллице, потому, что не знал данный алфавит.

Не хорошо трудилась связь и разведка: наблюдатели на аэростатах не могли передать сведения наземной команде — они просто не осознавали друг друга! Подобные обстановки повторялись везде.

Венгерские гонведы пулемётной роты 7-го гусарского полка со станковым пулемётом «Шварцлозе» M.07/12 на фронте.
http://ritkanlathatotortenelem.blog.hu

Но совокупность «полковых языков» добило не это. С раскручиванием военной истерии около сдавшихся в плен чехов, итальянцев либо сербов из австро-венгерской армии их языки стали расцениваться как страшные и содействующие распространению антигосударственных и пацифистских идей. Дискриминация этих языков накаляла обстановку в полках, сделала положение воинов, вынужденных переходить на ломаный «армейский германский», совсем невыносимым.

В итоге это содействовало падению патриотизма, росту националистических настроений и распаду армии. «Вавилон» Австро-Венгерской империи не выдержал таких опробований и раскололся на множество национальных кусков, каковые начали враждовать уже между собой.

Литература:

  1. Deak I. Beyond nationalism: a social and political history of the Habsburg officer corps, 1848–1918 – New York: Oxford University Press, 1990.
  2. Rothenberg G.E. The Habsburg Army and the Nationality Problem in the Nineteenth Century, 1815–1914 // Austrian History Yearbook. 1967. Vol. 3. №1. p.70–87.
  3. Scheer T. Habsburg Languages at War: «The linguistic confusion at the tower of Babel couldn’t have been much worse» // Languages and the First World War: Communicating in a Transnational War / ed. J. Walker, C. Declercq – London: Palgrave Macmillan UK, 2016.
  4. Солоух С. Комментарии к русскому переводу романа Ярослава Гашека «Похождения воина Швейка». — М.: Время, 2015.

Удивительные статьи:

Похожие статьи, которые вам понравятся:

  • Вавилон — символ перевода и… ошибка интерпретации

    В текстах Священного Писания мы находим и мифологическую версию происхождения языка, и версию его разделения. В Библии обрисован процесс сотворения мира…

  • Перед бурей

    К началу декабря 1941 года немецкое наступление на Ленинградском направлении выдохлось. Сложившаяся на текущий момент конфигурация фронта была неудобной…

  • Оранжевая армия в тени великой войны

    Первая мировая катком прошлась по государствам Европы, сокрушая монархии и перекраивая границы. Большая часть нейтральных стран, не затронутых военными…

  • Философия войны

    Карл Филипп Готтлиб фон Клаузевиц был практически обыкновенным армейским, второстепенным деятелем за спиной великих прусских армейских реформаторов –…