Война в срединном море: карл v против хайреддина барбароссы

Захват Туниса Хайреддином в первой половине 30-ых годов XVI века поставил под удар средиземноморские порты империи и торговые пути Карла V. Чтобы вернуть собственный контроль над наиболее значимым стратегическим пунктом, Карл стягивал силы со всех частей собственной империи. Армии планировали в Испании, Италии и Германии; Орден св. Иоанна отправил сильный отряд с Мальты. Испанский и итальянский контингенты образовали ядро ударного флота с участием сильных эскадр из Португалии и с Мальты. Взятие Туниса должно было стать зенитом военной славы Карла V.

Сбор

Испанский контингент под личным началом императора Карла «на 400 судах» выходит из Барселоны в последних числахМая 1535 июня и 10 года прибывает на место сбора у Кальяри на Сардинии, где к флоту присоединяются ещё «200 судов» с итальянскими и германскими армиями, папский и орденский контингенты. 13 июня объединённый флот направляется на юг и утром 14 июня делается на якорь у берегов древнего Карфагена (по версии Кроули это происходит, соответственно, 14 и 15 июня).

Стратегическая ситуация в Средиземноморье по состоянию на 1535 год. База изображения — карта из книги Верто

В составе флота, которым руководит адмирал Дориа, 74 армейские галеры (а также 16 галер самого Дориа)и 300 парусных судов («600 судов» в соответствии с Норвичу).Война в срединном море: карл v против хайреддина барбароссы Император путешествует на личной квадриреме, на каждое весло которой приходятся 4 гребца. Эскадра из Португалии в составе объединённого флота образовывает 23 каравеллы и галеон «Ботафого».

Эскадра Мальтийского ордена включает громадную 50-пушечную (по большим орудиям) каракку «Санта-Анна», 4 громадные галеры и 18 бригантин, «все прекрасно вооружённые». Неспециализированное руководство орденской флотилией осуществляет Аурелио Ботигелла, отдельное руководство караккой и орденским сухопутным корпусом — Антони де Гроле.

В целом армия императора Карла насчитывает 25 тысячи конницы и 2 тысяч пехоты (другие подсчёты говорят о 30 тысячах войска). В это число входят 9 тысяч испанцев из Барселоны, корпус маркиза Васто из Неаполя и портов Сицилии (6 тысяч немцев, 4 тысячи ветеранов-испанцев, 5 тысяч итальянцев), и, помимо этого, «множество добровольцев из различных краёв, и и первых домов Европы, жаждущих показать себя пред очами императора».

Флотилия де Базана-старшего привозит из Малаги в Барселону 81 орудие — «2 двойные пушки германские (двойные пушки, принимая к сведенью подобные списки приблизительно той же поры, имеют калибр от 50 до 80 фунтов, т. е. укрупнённые либо двойные картауны – прим. автора), 5 половинных пушек-серпентин (по всей видимости, 20–25 фунтов – прим. автора), 1 пушка несложная («одинарная»; по всей видимости, 36–40 фунтов – прим. автора), 9 половинных пушек-педреро, 6 пушек-орлов (длинноствольные камнестрельные – прим. автора), 25 половинных кулеврин, 4 пушки укреплённые (60-центнеровые стволы, «практически равные по силе двойным пушкам»; калибр, по всей видимости, между 45 и 50 – прим. автора), 12 сакров, 3 кулеврины, 14 фальконетов». На галерах имеются запасные 33 лёгкие орудия–версо, медные и металлические.

Помимо этого, имеются 6 мортир–«buzacos» для стрельбы «огневыми боеприпасами». Возможно, и в Барселоне, и в Неаполе на суда грузят ещё какое-то артиллерийское оружие меньших калибров.

Тунисский залив на венецианской карте XVIII века

Барбаросса, для которого назревающий удар тайной не есть, собирает всех морских начальников, призывает наёмников со всего африканского Магриба («15 тысяч лёгкой конницы») и выводит часть армий из Алжира.

Высадка

Утром 16 июня начинается высадка у развалин Карфагена, в 5 милях (около 7,5 км) от крепости Голетта (исп. «глотка, горло»). Базой упрочнений Голетты есть квадратная башня шириной в 20 испанских аршин (около 17 м) с «весьма толстыми» кирпичными стенками; обводной ров наполнен морской водой. Крепость осуществляет контроль маленький («на арбалетный выстрел») и узкий проход в лагуну, именуемую испанцами Эстанья.

Лагуна же, не смотря на то, что и полна мелей и банок, подходит прикасаясь к самому Тунису.

Стрелки обеих сторон при отражении одной из набегов армий Хайреддина на протяжении осады Голетты на гобелене (фрагмент), сделанном по картинкам Вермейена и входившем в наследство венгерской королевы Марии в 1555 году. Возможно считать, что это воплощение зарисовок живописца самый близко к изображаемым событиям.

Занимательны прикладов и формы лож. Engerth

Гарнизон Голетты составлен из 6 тысяч лучшего войска под началом умелых морских начальников Айраддина и Синана-Иудея. В отдельный корпус под началом «евнуха Азанги» Хайреддин выделяет «30 тысяч мавров», каковые практически все лучники либо стрелки, в основном конные. Задачей отдельного корпуса есть постоянное противодействие осадным работам.

В первоначальный же сутки высадки адмиралу Дориа удаётся захватить две прибрежные башни, скрывающие колодцы питьевой воды. Защитники бросают башни по окончании артобстрела с галер.

Удар в горло

Постройка апрошей и батарей завершается 14 июля, в условиях постоянных вылазок и обстрелов защитников. Но испанские стрелки не разрешают защитникам «причинить особенного вреда» осадным работам — так, в испанских источниках утраты оцениваются в «300 итальянцев и 400 испанцев». «Испанская» батарея приобретает 20 орудий и 1 кулеврину «37 футов длины», расположенные в трёх испанских аршинах друг от друга (около 2,5 м); «итальянская» батарея вооружена 17 орудиями.

Поодаль размещены 6 двойных орудий, в число которых, по всей видимости, включены «пушки укреплённые». Батареи и штаб-квартиры именуются по главной национальности воинов полков-терций, размещенных рядом.

Боевые суда поделены на три отряда, из которых два должны поддерживать бомбардировку огнём (в их числе 60 галер, португальские каракка и каравеллы, каракка госпитальеров), а третий держится у мыса Карфагена, закрывая имперские силы с тыла. Галерам надлежит построиться последовательностями и вести пламя порядно, отходя для перезарядки. Громадная каракка Ордена обязана, как делалось ранее при осаде Корона, держаться сзади галер и вести пламя по крепости над их последовательностями.

Бомбардировка Голетты имперским флотом на гобелене (фрагмент) из того же комплекта. Слева на переднем замысле — португальский галеон «Ботафого», справа — орденская каракка «Санта-Анна».

Из-за качества гелиографической одноцветной репродукции не хорошо видны небольшие подробности, в т.ч. фактически Голетта (по центру ближе к верху, канал слева от неё, осадные работы — справа). Engerth

С восхода солнца 14 июля батареи и суда начинают обстрел крепости, и к 2 часам дня в упрочнениях пробиты многие бреши. С площадок сбиты все орудия, якобы огнём как раз каракки. Верто находит вероятным сообщить кроме того, что «каракка иоаннитов по итогам (обстрела – прим. автора) одна стоила всех галер».

Португальцы же показывают, что без прорыва их галеоном цепного заграждения также ничего бы не вышло. Под сильным артогнём многие защитники покидают упрочнения, а их попытки занять позиции в бреши заблокированы армейским инженером де Конверса, что подводит импровизированную канонерскую лодку (барку с стрелками и тяжёлыми орудиями) к самому подножию основной башни.

Сейчас гарнизон Голетты, по испанским сообщениям, образовывает «6 тысяч турков и 2 тысячи мавров при 400 орудиях» (быть может, тут посчитаны и гаковницы). По приказу императора войско идёт на неспециализированный штурм — «4 тысячи ветеранов-испанцев, со стороны лагуны — 4 тысячи итальянцев, и между ними 2 отряда по 2 тысячи немцев». Иначе — вброд, по пояс в воде — на приступ идёт орденский корпус.

Через час боя не на жизнь а насмерть («убито 2 тысячи турков, а отечественных 500, да большое количество раненых») крепость забрана. Остатки гарнизона отступают на Тунис (по дороге, размеченной вехами в песках) и на Аррадес (между Голеттой и Тунисом); имперцы их преследуют. Император Карл празднично въезжает в крепость, сопровождаемый Мулей-Хасаном.

Среди трофеев, забранных в Голетте, 40 пресловутых тяжёлых орудий, клеймёные девизом и цветками лилии «Nutrisco et extinguo» (маркировка как у французских орудий, изготовляемых в царствование Франциска I), и запас металлических ядер, клеймёных цветком лилии. Всего же в Голетте забрано различных орудий более 300, в основном медных, и много ружей и другого оружия.

На Тунис

По окончании реорганизации и отдыха имперская армия выступает 20 июля на Тунис. Предстоит марш по пескам в 12 миль (около 18 км), в жару и без источников воды. Хайреддин же выводит сильный отряд, включающий много магрибской конницы к колодцам вблизи Туниса и укрепляется в том месте (по Верто, «в одной лиге от города», т. е. около четырех километров).

Численность этого корпуса малоизвестна; ветхие испанские сообщения о «90 тысячах» либо о «12 тысячах обозных и 100 тысячах конницы», само собой разумеется, преувеличения.

Передовой корпус имперского войска образован из ветеранов-испанцев маркиза Васто и итальянцев князя Салерно. Он движется по направлению на оливковые рощи Туниса. Со стороны лагуны действует лёгкая конница — химинеты де Мондехара и албанцы Аларсона.

Основную баталию возглавляет сам император с частью испанской конницы, потом следуют полевая артиллерия и немцы, которую тянут невольники-гребцы с имперских галер. Замыкают боевой порядок испанская конница герцога Альбы и два пехотных отряда испанских новобранцев, и обоз, что частью сопровождает войско по суше и частью — водным путём, по лагуне.

«Стычка мавров и имперских» по зарисовкам Вермейена.

Фрагмент с пушками и мавританскими стрелками. Стволы ружей опять акцентированно долгие. Лафеты орудий с некими «локтями», и эта подробность повторяется на вторых реализациях зарисовок, к примеру, на картине Хогенберга, сделанной не раньше 1568 года.

Быть может, это механизм вертикальной наводки. Engerth

Попытки сил Хайреддина замедлить имперский марш налётами и обстрелами успеха не имеют. Имперцы проходят «две лиги и ещё мало», т.е. около десяти километров, и приближаются к позициям Хайреддина у колодцев. Магрибская конница пробует выйти в наступление лавой, но под ружейным огнём авангарда скоро рассеивается и бежит.

Начинается имперская атака: два отряда испанских стрелков наступают, ведя постоянный пламя при помощи выдвинутой вперёд полевой артиллерии. «4 тысячи турок», удерживающих позиции у колодцев, разбиты; «из них убиты более 600», захвачены 7 пушек. Неприятность снабжения водой снята.

Хайреддин с остатками собственного корпуса отступает в Тунис, где ещё сохраняет надежду защищаться. Сейчас, но, в городе восстают — по всей видимости, не без помощи со стороны муниципальных верхов — христианские невольники, которых насчитывается от 12 до 22 тысяч и которых Хайреддин ещё ранее предлагал перебить до единого (но встретил сопротивление обладателей, а также собственных соратников – морских начальников). Восставшие, числом до 6 тысяч, которыми умело командует военнопленный рыцарь-иоаннит Паоло Симеони, захватывают замок и поворачивают пушки против Хайреддина.

Ввиду неосуществимости предстоящего сопротивления Барбаросса и его соратники с несколькими тысячами лучшего войска вечером и ночью на 21 июля скрытно уходят в сторону Алжира, в порт Бона, куда ещё ранее были отосланы 15 «лучших галер» (по всей видимости, всё та же личная эскадра Хайреддина).

В Тунисе

Утром 21 июля император празднично въезжает в Тунис. Имперские армии и бывшие христианские невольники рассыпаются по городу и принимаются за «классические» грабёж и резню не успевшего формально сдаться города. Часть обитателей спасается бегством, часть пробует (бесполезно) укрыться в мечетях.

насилия и Убийства, пытки и грабёж «становятся делом простым»; забрано столько невольников, что человека реализовывают за 4–6 небольших монет.

Воины различных наций дерутся за добычу; «большое количество убитых (имперских – прим. автора), не то от мавров, не то от своих».

Так, преследовать отряд Барбароссы и захватывать Алжир, совсем добивая соперника, оказывается некому. Эскадра Дориа, высланная на поиск на протяжении берега, никого не находит.

Фактически население Туниса сейчас образовывает около 20 тысяч людей; сообщения о «100 тысячах и тысячах 40 населения забранных невольников», опять-таки, преувеличены. В любом случае число жертв резни превышает пара тысяч; по окончании восьми дней эпидемия дизентерии и трупный смрад заставляют императора перенести лагерь в Раду. 17 августа император покидает Тунис и направляется в Неаполь, оставив в Голетте гарнизон в 1 тыс. испанцев под началом Бернардино де Мендосы.

Успех императора

Тунис — стратегическая победа императора Карла, возвращающая до какой-то степени в его руки контроль над Центральным Средиземноморьем. На троне Туниса восстановлен свергнутый Хайреддином Мулей-Хасан, удобный для императора, а Голетту осуществляет контроль испанский гарнизон. В лагуне Туниса стёрты с лица земли 82 галеры, т. е. практически целый новый османский флот, выстроенный зимний период 1533–1534 годов под управлением Хайреддина.

По словам испанского историка XVI века Ильескаса, «в двадцать шесть дней, кои продолжалась война, известность и слава императора затмили (таковые – прим. автора) всех владык Европы». По большому счету взятие Туниса – это зенит военной славы Карла V. Видный живописец Ян Вермейен сопровождает императора совершает с натуры эскизы для двенадцати гобеленов, запечатлевающих намеченный успех; имидж для императора очень серьёзен.

По окончании возвращения в Нидерланды из Африки (26 мая 1536 года) Вермейен приобретает от Брабантского совета необыкновенное право печатать и реализовывать картины, изображающие осаду Туниса. 19 марта 1538 года это право безвозмездно возобновлено ввиду того, что Вермейен — императорский живописец.

Перетаскивание орудий при осаде Голетты на гобелене в Реал Альказар, Севилья

Затраты на тунисскую кампанию составляют свыше миллиона золотых дукатов. Это золото было получено из Перу грабежом сокровищниц инков. Как отмечает Кроули, «в первый раз Новый Свет воздействует на события в Ветхом».

Захват Туниса, но, не свидетельствует, что покончено с Хайреддином Барбароссой. Свободно отойдя в Бону, он забирает покинутые в том месте 15 галер, усиливает собственную флотилию в Алжире и в октябре 1535 года совершает опустошительный набег на порт Махон на острове Минорка. Захвачена португальская каравелла, город и порт разграблены и уничтожены, в неволю уведены 1800 человек.

Поздней в осеннюю пору 1535 года Барбаросса появляется в Стамбуле, приобретает прощение султана за потерянный флот и приступает к постройке нового флота, ещё более сильного.

В целом борьба за Тунис в 1534–1535 годах открывает в истории Европы эру полномасштабных боевых действий на море.

Техника: Испания

Половинная пушка «эрреровской» совокупности. Ствол длиной 2 м между оконечностями, калибр 14 см; предположительный вес ядра до 20–21 фунтов (9–9,5 кг). Отлита, возможно, в 1535–1536 гг. Arantegui y Sanz, лист 17

Первая фактически испанская стандартизация типов и калибров орудий проводится при Главном главе артиллерии Мигеле де Эррере (1530). Появляются серии реформированных пушек («canones reformados»): 36-фунтовые пушки («canones»), кроме этого именуемые «коронованными» («coronados»); 25–26-фунтовые половинные пушки («medios canones») либо «пеликаны»; 16-фунтовые третинные пушки либо «терсероли» («terceroles de canon»), кроме этого именуемые «дикарями» («salvajes»). Образные заглавия соответствуют отливаемым на стволах изображениям.

Помимо этого, по конической форме зарядной камеры пушки данной «тройственной» совокупности именуются «encampanados» (приблизительно переводится как «колокольчатые»).

Третинная пушка «эрреровской» совокупности. Ствол длиной 1,375 м между оконечностями, калибром 12 см, весом 1386 фунтов (640 кг); вес ядра 12 фунтов (5,5 кг). Изображение в масштабе с прошлым. Arantegui y Sanz, лист 19

Но этим стандартизация Эрреры и ограничивается. Пресловутые ответы «брюссельской рабочей группе» 1521 года о наилучших размерах имперского орудия остаются благими пожеланиями, и не в последнюю очередь вследствие того что осуществлять их в Испании той поры легко некому. Кроме того через 4 десятилетия по окончании Туниса испанскому королю приходится нанимать итальянских, германских и фламандских литейщиков.

В 1575 году приглашённые в Малагу из Германии эксперты арестованы по окончании того, как узнается, что они протестанты, и только приезд литейщиков из католического Инсбрука разрешает начать работы. Венецианский посол подмечает во второй половине 50-ых годов XVI века, что он, де, не думает, дабы была на свете вторая страна, где бы меньше было умелых мастеров, чем в Испании.

Испанская пушка «Дракон», сделанная между 1504 и 1519 годами, в Армейском музее Парижа (номер N 568). Протяженность ствола 3,73 м, вес 2,275 т; калибр канала 18,3 см (эти Музея), т. е. ядро, с учётом просвета в 1/10 калибра, около 33 французских либо 36 испанских фунтов (15 кг). В полной мере возможно, что это именно серпентина по примеру тогдашних французских.

Фотография представлена приблизительно в одном масштабе с двумя прошлыми изображениями.
Musee d’Armee

«На выручку» императору приходит германский литейщик Грегор Лёффлер, что в эти годы начинает независимую работу в германских имперских почвах. В первой половине 30-ых годов XVI века Лёффлер в Аугсбурге командует салютом при коронации эрцгерцога Фердинанда в короли. Первый императорский заказ Лёффлер выполняет в 1531–1532 годах — два зингерина и два нотшланга (кулеврины) отлиты в Аугсбурге и 19 июля 1532 года отосланы из Инсбрука в Вену на предполагавшуюся турецкую войну.

В первой половине 30-ых годов XVI века Лёффлер приобретает первый громадный императорский заказ — 24 картауны неспециализированным весом 1300 центнеров-квинталов (другими словами более чем 54 квинталов на каждую).

Как раз Лёффлер делается автором большинства орудий «собственного императорского литья»: 25 40?фунтовых картаун либо, как в испанских росписях, «пушек»–«canon», 24 24?фунтовых «полупушек», 12 12?фунтовых полных кулеврин, 18 12?фунтовых маленьких кулеврин, 12 6?фунтовых половинных кулеврин, 18 6-фунтовых сакров–«соколов» либо половинных маленьких кулеврин, 36 3-фунтовых фальконетов. И как раз крупносерийное пушечное производство Лёффлера, как показывает Арантеги-и-Санс, создатель фундаментальной истории испанской артиллерии, де-факто устанавливает пресловутый «испанский стандарт».

40-фунтовая «полная пушка»-«canon» императора Карла V литья Грегора Лёффлера; в германских понятиях — картауна. По мерной линейке в рукописи канал ствола 18 см, а ядро — 17,5 см и, так, около 40 французских либо 42 испанских фунтов.

Приблизительно в одном масштабе с прошлыми изображениями. Discurso

Фактически же испанские предложения о стандартизации, выдвинутые тем самым Эррерой во второй половине 30-ых годов XVI века по опыту Туниса, в частности, линейка, которую составили бы «коронованные» пушки калибром 36 фунтов, «малые серпентины» 30 фунтов, «трети?ны» 16 фунтов, кулеврины 16 фунтов, кулеврины половинные 12 фунтов, сакры 6 фунтов и фальконеты 2 фунтов, выясняется такой близкой к линейке лёффлеровских готовых изделий, что ей же и «съедена».

Между 1530 и 1538 годами на испанских орудиях появляются ухваты-«дельфины». Возможно, обращение именно о лёффлеровском литье.

К искажённым сведениям о лёффлеровских заказах направляться, по всей видимости, отнести и рассказ о пресловутой прекрасной кулеврине называющиеся «12 апостолов». Она, якобы, отлита в Малаге в 1535 году и «послужила примером пропорций для всех последующих орудий», имея калибр 45 (!) фунтов со стволом 18-калиберной (!) длины и весом 70 центнеров-квинталов, с толщиной стенок 7/8 калибра у казны и 3/8 у дула и вылитой надписью «plus ultra».

Данный рассказ повторяется в историях артиллерии с XIX века, но, как указано Арантеги-и-Сансом, сведений о аналогичных орудиях в реестрах литейни в Малаге нет. Ещё во второй половине 30-ых годов XVI века главным крупнокалиберным изделием в Малаге остаются 36? и 30?фунтовые серпентины, не смотря на то, что уже тогда намечается узнаваемая испанская тенденция к повышенной массе ствола на единицу калибра (более 150:1 для крупнокалиберных и до 400:1 у малокалиберных орудий).

Источники:

  1. Von Engerth E. Nachtrag zu der Abhandlung uber die im Kaiserlichen Besitze befindlichen Cartone, darstellend Kaiser Karls V. Kriegszug nach Tunis, von Jan Vermayen // Jahrbuch der Kunsthistorischen Sammlungen des Allerhochsten Kaiserhauses. 1889. Bd. 9. S. 419–428.
  2. Crowley R. The empires of the sea: the siege of Malta, the battle of Lepanto, and the contest for the center of the world. Random House, 2008.
  3. Norwich J.J. A history of Venice. Penguin Press, 1982.
  4. Norwich J.J. The Middle Sea: a history of the Mediterranean. Random House, 2006.
  5. Arantegui y Sanz D.J. Apuntes historicos sobre la artilleria espanola en la primera mitad del siglo XVI. Madrid, 1891. URL: archive.org/details/apunteshistrico00sanzgoog.
  6. Vertot. Histoire des Chevaliers Hospitaliers de Saint Jean de Jerusalem, appellez depuis Chevaliers de Rhodes et aujourd’hui Chevaliers de Malthe. Tome 4. Paris, 1726.
  7. The history of the maritime wars of the Turks. Translated from the Turkish of Haji Khalifeh by James Mitchell. Chapters I. to IV. London, 1831. URL: archive.org/details/historymaritime00elgoog.
  8. Cat E.C. De Caroli V in Africa Rebus Gestis. Parisiis, 1891.
  9. A?goston G. [Agoston 2003] Early Modern Ottoman в первых рядах European gunpowder technology // Multicultural science in the Ottoman empire. Brepols, 2003. P. 13–27.

Источники изображений:

  1. Discurso del Artilleria del Invictissimo Emperador Carolo V. — UER MS 2108. URL: nbn-resolving.de/urn:nbn:de:bvb:29-bv042039189–4.
  2. Musee de l’Armee, Paris.

Похожие статьи, которые вам понравятся:

Вы можете следить за комментариями с помощью RSS 2.0 ленты. Комментарии и трекбеки закрыты.

Comments are closed.