«Восточные работницы» и их дети

Герои войны

Мероприятия по поставке рабочей силы с оккупированных территорий, известные как «Программы Заукеля», предусматривали вербовку физически женщин и крепких мужчин в возрасте от 17 до 35 лет. В конце 1942 года около 50% всех остарбайтеров составляли дамы. Они трудились на неспециализированных основаниях в военной индустрии, постройке, сельском хозяйстве. Рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер по этому поводу выразился так:

«Погибнет ли десять тысяч русских баб от изнурения на протяжении рытья противотанковых рвов, меня не интересует. Для меня принципиально важно лишь одно — в то время, когда ров будет закончен для Германии».

Восточные работницы в помощь Великой Германии

В рамках второй программы Главного уполномоченного по трудоиспользованию Фрица Заукеля была запланирована акция «Восточные работницы». Это была попытка за счет остарбайтеров решить не только экономические, но и соцвопросы, в частности — снизить нагрузку на германских дам, над которыми в первой половине 40-ых годов XX века нависла угроза трудовой мобилизации. А ведь нацистскому управлению их главная задача виделась в рождении здоровых детей и исполнении домашней работы.


Остовки за работой на кухне.
tastorona.su

В приказе главнокому группой армий «Центр» (1943 год) отмечалось, что «из-за каждой девушки, которая осталась недалеко от операции, мы вынуждены завлекать жен фронтовиков к работе в военной индустрии».«Восточные работницы» и их дети Заукель дал обещание привезти в Рейх до полумиллиона восточных работниц для применения их в домашнем хозяйстве, и для работы на кухнях в кафе, иных учреждений и приютов.

8 сентября 1942 года было издано распоряжение о вербовке до конца октября 400 тысяч «помощниц по хозяйству» (другими словами женской прислуги). Дам муниципальных и из сельской местности — поровну. 250 тысяч — из рейхскомиссариатов Остланд и Украина и 150 тысяч — из своевременных территорий в тылу групп армий.

Удачи были неравномерными. Из своевременных территорий поступило 193 243 дамы вместо рассчетных 150 тысяч. Иначе, для главного округа Беларусь была установлена квота в 30 тысяч дам, а мобилизовать до Января этого года удалось только около сотни.

Арбайтскарта остовки.
tyt.by

Однако, работа кипела. Витебская газета «Новый путь» призывала:

«Не медлите и решайтесь! Те из вас, каковые на приемных пунктах возьмут места помощниц домашних хозяек, приобретают такое же продуктовое снабжение, как все гражданское германское население, будут жить в семьях и будут иметь, так, возможность спокойной деятельности без лишних забот».

Вербовочные комиссии занимались первичным отбором. Интерес воображали девушки и женщины, «внешний вид которых в расовом отношении по возможности близок к германскому народу». Сходу отсеивались этнические немки, молодые и беременные матери.

Подходящих девушек заносили в неспециализированный транспортный перечень с пометкой «предусмотрена для домашнего хозяйства».

Германский агитплакат.
vb.by

Потом селекция происходила на сборных пунктах. Тут комиссии снова определяли, «как близко завербованные восточные работницы по собственному внешнему виду расово соответствуют внешнему виду германских дам». Основной задачей было «не допустить прием в Германию расово чуждых, сильно выраженных примитивно восточных и восточно-балтийских лиц, и всецело невыдержанных расовых смесей».

Прошедшие двойное сито расового отбора дамы уезжали в Рейх или совместно со всеми остарбайтерами, или в отдельных вагонах поездов. Из воспоминаний Галины Кравченко, вывезенной из Донецкой области в первой половине 40-ых годов двадцатого века:

«Привезли нас в Киев. В том месте под конвоем нас завели в холодный дом, в том месте мы переночевали. Утром вывели на улицу, выстроили в стали и шеренги нас осматривать и заглядывать в зубы.

По окончании осмотра нас повели к железной дороге, загрузили в товарные вагоны, закрыли на замок и повезли (…) Нам заявили, что мы находимся в Германии.

В том месте нас всех поделили на мужчин и женщин, дамы в одну сторону, мужчины в другую сторону (…) Один сутки мы пробыли в том месте, а на утро пришли бауэры и бауэрши и стали нас выбирать, кто кому понравится».

Остовки отправляются в Германию. 1942 год.
Полян, П. М. Жертвы двух диктатур : Жизнь, труд, смерть и унижение советских пленных и остарбайтеров на чужбине и на родине / Павел Полян ; [предисл. Д. Гранина]. — Москва : РОССПЭН, 2002

Екатерина Ковалько из Донецкой области:

«Кушать нам ничего не давали до Польши, а в том месте в городах давали на двое суток хлеб и какую-то похлебку. В Перемышле (Польша) была рабочая группа. Нас вынудили раздеться, наблюдали доктора, но никого не комиссовали и нас повезли дальше вглубь Германии (…) Девушек из моего села привезли в город, где была продажа девчат (…) Клиенты — хозяева начали нас разглядывать: контролировали наличие зубов, пройдись — не хромая ли ты.

Брали тех, кто побольше, посильнее и справнее».

«Делайте собственную работу с охотой…»

К домашним работам привлекались не только прибывшие по особой разнарядке, но и насильно угнанные юные дамы. Из остовок набирался и лагерный персонал для лагерей восточных работниц. Значительно чаще они назначались помощницами главы лагеря и несли ответственность за внутренние дела: соблюдение дисциплины, порядка, гигиенических и санитарных требований и т. д. Очень редко остовку имели возможность назначить и главой лагеря.

Большая часть же дам становилось прислугой.

Остовки у бауэра.
Полян, П. М. Жертвы двух диктатур : жизнь, труд, смерть и унижение советских пленных и остарбайтеров на чужбине и на родине / Павел Полян ; [предисл. Д. Гранина]. — Москва : РОССПЭН, 2002

В арбайтсамт (биржу труда) прося дать домашнюю работницу имела возможность обратиться каждая германская семья. Биржи труда направляли запрос местным партийным госслужащим по поводу политической благонадежности таковой семьи. В случае если гарантия лояльности была взята, восточная работница отправлялась на новое рабочее место.

К примеру, зондерфюрер Вернер Утеш, бывший сельскохозяйственным начальником в Койданово (Минская область), предоставил справку о том, что ему необходимы «25—30 девушек либо парней» для работы на его ферме в Германии. По окончании рассмотрения его заявки вербовочная рабочая группа в Минске через биржу труда в Бергене послала на ферму 30 остарбайтеров.

Предпочтение отдавалось не только госслужащим, но и семьям строителей и многодетным семьям. Передавать восточную работницу в другую семью возможно было только по окончании получения официального разрешения.

Немецко-русский разговорник.
tastorona.su

Необходимым условием было обеспечение отдельного от немцев и других зарубежных работников проживания остовок. Покидать жилье дама имела возможность только по хозяйственным потребностям. Для лучшего понимания между прислугой и хозяевами была издана серия словарей-комиксов, где детально расписывались темы уборки, готовки, приобретения продуктов и т. д. Начинался данный словарь со страницы с распоряжениями: «Умойтесь шепетильно!», «Оденьтесь чисто!», «Постелите бережно постель!».

Немецко-русский разговорник.
tastorona.su

Выходной предоставлялся на три часа один раз в неделю — тогда остовка была в праве на отдых вне дома, но должна была возвратиться до наступления комендантского часа. Ей запрещалось посещение кафе, кино, магазинов, церквей — всех заведений, где она имела возможность вступить в контакт с немцами. Не разрещаеться было пользоваться муниципальным транспортом.

Контакты по большому счету регламентировались весьма строго. В августе 1942 года глава Партийной канцелярии НСДАП Мартин Борман распорядился создать особую работу наблюдения, которая должна была осуществлять контроль поведение остарбайтеров. В состав данной работы входили члены нацистской партии.

Их задача заключалась в предупреждении взаимоотношений между восточными рабочими и немцами, в особенности в случае если эти отношения имели возможность перерасти в половую сообщение. В октябре была издана памятка об обращении с гражданскими зарубежными рабочими, в которой среди другого отмечалось:

«Половая связь между восточными рабочими и немцами запрещена и карается для восточных рабочих — смертью, для немцев — отправкой в концентрационный лагерь».

Показавшаяся в апреле 1943 г. инструкция о поведении с зарубежными рабочими напоминала о жёстком наказании при «игнорирования национал-социалистских воззрений на чистоту крови».

Родить без отрыва от производства

И все-таки остовки рожали детей. В конце 1942 года Главный уполномоченный по применению рабочей силы Фриц Заукель принял временное распоряжение «Об обращении с беременными зарубежными работницами». Позднее воздействие этого документа было продлено на целый период боевых действий.

В документе указывалось, что беременных, но остающихся трудоспособными восточных работниц — в отличие от западноевропейских дам — не разрещаеться возвращать на родину (прежде такое практиковалось).

Ни Трудовой, ни Материнский кодекс Германии на остовок не распространялись.

Девушка-остарбайтер на заводе.
archives.gov.ua

В то время, когда обнаруживалась беременность, работодатели оповещали местную врачебную палату либо полицию. В документах фиксировались индивидуальные эти восточной работницы, срок беременности, предприятие, за которым была закреплена дама, и информацию о национальности либо подданстве отца ребенка. На восточных работниц, как и на полек, распространялись предписания о минимальной охране материнства: освобождение от работ на 15 дней до родов и на 6 недель по окончании.

Главной целью этих предписаний было максимально продолжительное и действенное применение труда беременных и родивших дам.

Нацистское управление подчеркивало идеологическую важность создания отдельных родильных домов для запрета и восточных работниц на их нахождение вместе с германскими дамами. Родильные помещения организовывались в бараках для больных остарбайтеров либо на территории фирм, применявших труд остовок. Госслужащие рейхсминистерства труда цинично подмечали, что

«примитивные восточные народы привыкли разрождаться сами по себе, исходя из этого особая помощь им не нужно. Достаточно, в случае если привлекаются ветхие остарбайтерки, каковые сами рожали детей».

Агитплакат «Так трудятся девушки и женщины в Германии»
Беларускі гістарычны часопіс. — 2008. — № 1

В первой половине 40-ых годов XX века в рейхсгау Верхний Дунай (на территории Австрии, присоединенной к Рейху во второй половине 30-ых годов XX века) был создан особый дом для грудных детей восточных работниц. В их ежедневный рацион входили только пол-литра молока и полтора куска сахара, что довольно часто приводило к смертной казни от истощения. Со временем, но, обстановка пара изменилась.

Через год была издана инструкция, в которой говорилось о создании нужных условий для родов, содержания и кормления младенцев.

В том же Верхнем Дунае, в городе Линце, при женской клинике выстроили барак для беременных остовок и полек, рассчитанный на сорок рожениц. За 14 дней до родов дам помещали в пересыльный лагерь при местной бирже труда, после этого переводили в данный родильный барак, а позже еще на шесть недель по окончании родов они возвращались в пересыльный лагерь.

Металлургические фабрики рейхсгау выразили согласие на постройку яслей для детей работниц. Были ли открыты эти ясли — неизвестно. Для приема 80 новорожденных польских и восточных работниц был выделен дом, пребывавший под надзором немки, а обслуживание новорожденных и работа по дому ложились на плечи самих остовок.

Остовки на производстве цементных блоков. 1943 год.
Беларускі гістарычны часопіс. — 2008. — № 1

До родов и на протяжении ухода за новорожденным предприятия, имевшие родильные дома на собственной территории, содержали восточных работниц, исходя из суммы в 1,5 рейхсмарки в сутки. По окончании выхода на работу дама никакой доплаты не получала, а из ее дохода высчитывалась цена питания ребенка. К примеру, в первой половине 40-ых годов двадцатого века в рейхсгау Верхний Дунай были установлены нормы питания для детей остовок: 1 350 г пшеничного хлеба, 100 г мяса, 165 г масла, 200 г сахара, 100 г мармелада, 1 кг картофеля в неделю и пол-литра молока в сутки. А в распоряжении работы обеспечения города Киль «Питание для восточных работниц и детей полек» указывалось:

«дети и Дети остарбайтеров поляков принципиально исключаются из получения детского крахмала, детского пшеничного хлеба либо рисовых продуктов, неестественного меда, порошка какао и, конечно, всех дополнительных продуктов питания».

Дети остовок: убить либо воспитать?

Четких руководств о том, как поступать с рожденными остовками младенцами, продолжительное время не существовало. Одни думали, что дети восточных работниц должны погибнуть, другие — что их нужно воспитывать. В осеннюю пору 1943 года Гиммлер заявил:

«Все то, что у других наций принадлежит к хорошей крови, подобно отечественной, мы заберём себе, похищая для этого, в случае если нужно, их детей и воспитывая этих детей у себя».

Агитационный буклет «Нам прекрасно жить в Германии».
archives.gov.ua

В основном это касалось вывоза подходящих детей и подростков из оккупированных областей, но затронуло и тех, кто показался на свет на территории Рейха. Младенцы отправлялись в особые учреждения для детей восточных рабочих. В случае если отцом ребенка был немец либо близкий к арийской расе чужестранец (голландец, датчанин, швед, норвежец), такие дети были пригодны для онемечивания.

Их забирали у матерей и содержали в учреждениях для детей «чистой расы» — до тех пор, пока не было получено разрешение на усыновление либо удочерение германской семьей. Причем эти семьи не уведомлялись о происхождении собственных приемных детей. В первой половине 40-ых годов XX века Фриц Заукель в собственной очередной директиве отмечал, что

«детей зарубежных работниц, носителей частично крови и немецкой крови, близкой к германской, разглядывать как полезных, не отсылать в учреждения по присмотру за детьми зарубежных работниц, а сохранять для Германии и воспитывать как германских детей».

Тем детям, каковые не могли похвастаться чистотой крови, приходилось рассчитывать на собственную живучесть. Младенческая смертность в родильных зданиях была высокой. Некачественный медицинский уход, нехорошие условия содержания в бараках, отсутствие дополнительного питания (что списывалось на «прирожденную привычку естественного питания у населений украины») становились обстоятельствами желудочных заболеваний и эпидемий.

В свидетельствах о смерти младенцев записывали не медицинский диагноз, а формулировку «слабость от рождения».

Обычно у остовок просто не было возможности грудного вскармливания. К примеру, управление родильного дома в Люнебурге писало в годовом отчете, что имеется «ненадежные матери, каковые воруют детское белье, разную мелочь и посуду». Эта фраза стала предлогом для сокращения срока ухода за ребенком до 14 дней вместо шести.

Восточные работницы.
tastorona.su

По большому счету же оптимальным выходом из обстановки работодатели видели аборт. К примеру, с мая 1944 года до конца войны в клинике завода «Фольксваген» совершили 167 абортов. Дабы сохранить ребенка, восточные работницы старались до последнего момента скрывать беременность и, в случае если получалось, рожали тайно, без всякой медицинской помощи.

Помогали соседки по бараку, каковые присматривали за новорожденным, пока мать была занята на производстве.

***

Бывшие остарбайтеры характеризуют отношение к ним со стороны большинства немцев как полное равнодушие. Вот узнаваемая цитата из письма матери-немки сыну на фронт:

«День назад днем к нам прибежала Анна-Лиза Ростерт. Она была весьма сердита. У них в свинарнике повесилась русская девка.

Отечественные работницы-польки говорили, что фрау Ростерт все била, ругала русскую. Она прибыла ко мне в апреле и все время ходила в слезах… Мы успокаивали фрау Ростерт, возможно так как за недорогую цену купить новую русскую работницу…»

Литература:

  • Белановіч, А. Палітыка нацысцкага кіраўніцтва ў дачыненні да цяжарных остарбайтарак і іх немаўлят / Алеся Белановіч // Беларускі гістарычны часопіс. — 2008. — № 1. — С. 17—23.
  • Белорусские остарбайтеры : историко-аналитическое изучение / [Г. Д. Кнатько, В. И. Адамушко, Н. А. Бондаренко, В. Д. Селеменев ; Нац. арх. Респ. Беларусь, Бел. респ. фонд «примирение и Взаимопонимание»]. — Минск : НАРБ, 2001.
  • Вербицкий, Г. Остарбайтеры : история россиян, насильственно вывезенных на работы в Германию на протяжении Второй мировой / Георгий Вербицкий. — СПб : Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2004. — (Библиотека издания «Новый Часовой»).
  • Остарбайтеры. Принудительный труд белорусского населения в Австрии = Ostarbeiter. Wiebrussische Zwangsarbeiter in Osterrich : материалы и документы / Ин-т по исслед. последствий войн (Грац, Австрия) и др. ; [сост.: Г. Кнатько и др.]. — Минск : Нац. арх. Беларуси ; Грац : Ин-т по исслед. последствий войн, 2003.
  • Черникова, Ю. Словарь несвободы / Юлия Черникова, Никита Ломакин. — tastorona.su

Ostwind 2013 Мика на Оствинде проходят дистанцию


Удивительные статьи:

Похожие статьи, которые вам понравятся: