Жизнь и деяния васко да гамы: все дороги ведут в индию

Герои войны

…В то время, когда б Гомера воскресили всевышние,

Его б кифара Эгаша прославила.

Прославила бы храбрецов темнооких,

Двенадцать португальских кавалеров.

А славный Шума, воин и мореход,

Энеев щит наследовать хорош.

Луиш де Камоэнш, «Лузиады», песнь I, стих 12

В то время, когда заходит обращение об эре Великих географических открытий, по обыкновению первым вспоминают Колумба, после этого – Магеллана, и только позже – Васко да Шуму. географии преподавателей и Большинство истории сообщат, что был он португальским мореходом и известен за счет того, что проложил для потомков и современников морской путь в Индию. Советские историки, традиционно осуждавшие колониальную политику европейских стран, ставили да Шуму в один последовательность с испанскими конкистадорами и, отмечая его несомненные заслуги как первопроходца, «обличали» его как жадного, безжалостного палача, принесшего горе и смерть в негромкий и заповедный мир сказочного Востока.

Непременно, частично они правы – Васко да Шума отнюдь не был благородным миссионером. Он не только достиг загадочной Индии, но совершил в том месте полноценную военную кампанию, завоевав для Португалии новые богатые колонии, и попутно содействовал формированию инновационных трансформаций в тактике морского боя.

Португалец был фигурой противоречивой, но его открытия идеяния по эпохальности и своему масштабу несоизмеримо превосходят те пара сухих строчков, каковые ему в большинстве случаев отводят в книжках. Попытаемся посмотреть на судьбу великого первопроходца под мало вторым углом.

Все дороги ведут в Индию

Нам Всевышний дарил властителей примерных,

Себя бессмертной славою покрывших,

Как отечественный король Жуан непобедимый,

Что в тяжёлый час край отстоял любимый.

Луиш де Камоэнш, «Лузиады», песнь I, стих 13

В случае если взглянуть на карту Европы, делается светло, из-за чего португальцы ещё на самой заре становления собственного страны обратили взгляды к морю. Само геополитическое положение страны диктовало такую стратегию развития. На востоке были Арагон и Кастилия, каковые вели упорную войну с Гранадским эмиратом и которым ещё лишь предстояло стать Испанией.

На севере пребывала огромная и богатая Франция.

Ни в том месте, ни в том месте ловить, в общем, португальцам было нечего – разотрут и не поморщатся. Исходя из этого торговля и мореплавание были естественным историческим выбором Португалии, прижатой более сильными соседями к океану на западе Пиренейского полуострова.

Жизнь и деяния васко да гамы: все дороги ведут в индию
Колониальная карта с гербами владетелей тех либо иных земель, составленная португальским картографом Доминго Тейшейрой в первой половине 70-ых годов шестнадцатого века

Была и ещё одна неприятность – страна лежала на периферии тогдашних торговых дорог. Исходя из этого все дефицитные товары с Востока, в особенности пряности, доходили до Португалии с громадными ценовыми накрутками. Ко всему другому, в середине XV столетия турецкий султан Мехмет II захватил Константинополь и двинулся на Балканы, оттесняя христианский мир от дорог в Азию.

Португальские короли снаряжали новые экспедиции и всё новые, каковые двигались на юг на протяжении побережья Африки. Они основывали фактории и поселения в надежде непременно достигнуть Индии – страны сказочных пряностей и богатств. Наконец, во второй половине XV века, при короле Жуане II, поиски принесли плоды.

Сперва добравшийся до Индии по суше офицер Перу да Ковильян в посланном на родину отчёте указал, что до Индии возможно добраться по морю, а после этого во второй половине 80-ых годов XV века Бартоломеу Диаш сумел достигнуть крайней южной оконечности Африки и вышел в Индийский океан.

Огибая Африку, экспедиция попала в тяжелейший шторм, что чуть не погубил мореходов, и Диаш назвал южную точку «тёмного континента» мысом Бурь. Но потом король, воодушевлённый достижениями его людей и адмирала, дал ей новое наименование, под которым она известна и сейчас – мыс Хорошей Надежды. Диаш желал плыть и дальше, но команды судов, изнурённые продолжительным и страшным путешествием «за край света», угрожая бунтом, настойчиво попросили от него распоряжения лечь на обратный курс.

Кроме того не обращая внимания на это, король Жуан ликовал – упали ветхие убеждения, что Африка простирается до самого полюса, и сейчас достижение индийских берегов было только вопросом времени. Король принялся было готовить новый поход на Восток, но в первой половине 90-ых годов XV века неожиданно трагически погиб его единственный сын Альфонсу, и целый запал монарха сходу испарился – Жуан погрузился в тоску, и лиссабонскому двору стало не до географических авантюр. Португальцы возвратятся к идее индийского похода только спустя четыре года, уже при новом короле Мануэле I.

От дьявола, от кометы и турка…

Сейчас я с вами, правитель, прощаюсь

И к повести о Шуме обращаюсь.

Луиш де Камоэнш, «Лузиады», песнь I, стих 18

по поводу года рождения Васко да Шумы историки спорят до сих пор. Одни уверены в том, что он показался на свет в первой половине 60-ых годов пятнадцатого века, другие – что в 1469-м. Доподлинно известно только то, что произошло это в приморском городе Синиш, находящемся на 160 километров южнее Лиссабона.

Его отцом был алкайд (воевода) города рыцарь Эштевао да Шума, ведший собственный род от сподвижника короля Альфонсу III Альвару Анниша да Шумы, что в середине XIII века отвоевал эти земли у мавров. Мать Васко, Изабель Содре, вела собственный род от британского рыцаря Фредерика Садли. Кровь хоть и не «голубая», но происхождение в полной мере недурственное, так что юному да Шуме, третьему из пяти сыновей, светили не самые нехорошие жизненные возможности.

Живя на морском берегу, тяжело в него не влюбиться. Васко с другими мальчишками и братьями постоянно играл на берегу. Должно быть, он грезил о том дне, в то время, когда ступит на просмоленные палубы могучих судов под снежно-белыми парусами и направится в том направлении, за горизонт, через бури, к сказочным заморским государствам.

Конечно, что мальчик с самых младых ногтей начал приобщаться к тонкостям морского дела.

Монумент Васко да Шуме в его родном городе Синиш

Но была у него и вторая тяга, бывшая полной противоположностью мечтам о морских походах: семья да Шума была весьма набожной и воспитывала детей в соответствующем ключе. Васко всю собственную жизнь оставался ревностным католиком, а в годы молодости кроме того чуть было не стал монахом. Он принял два пострига из нужных трёх, но в последний момент, по всей видимости, тяга к морю однако пересилила в нём религиозные устремления.

Фоном для поры взросления будущего первооткрывателя были ошеломляющие победы турок. Ещё в раннем детстве мальчик слышал рассказы об страшной константинопольской резне, а после этого вести о новых завоеваниях османов стали приходить в Португалию всё чаще. Слышал он и о комете, которую замечали в Европе через пара лет по окончании падения Константинополя и которую вычисляли предвестием новых ужасных бед для христианского мира.

Опять и опять перед сном мелкий Васко вместе с братьями повторял немудрёные слова молитвы, которой научил их папа: «От дьявола, от кометы и турка спаси нас, Господи». Он не забудет эти детские страхи и пронесёт неприязнь к мусульманам через всю собственную жизнь.

Отцовские деньги разрешили будущему адмиралу взять очень хорошее по тем временам образование, но юный Васко при первой же возможности предпочёл поменять теорию на практику, а гусиное перо – на острый меч. Приключений не было нужно искать продолжительно. На границе между Португалией и Кастилией именно в те годы всполыхнула очередная малая война, которую вряд ли упомянут современные книжки.

Пылали деревни, рыдали вдовы, на деревьях мерно покачивались покойники, а по приграничной полосе носились туда-сюда лихие ватаги молодцов в сияющих доспехах. К одному из таких отрядов и присоединился юный да Шума.

Но, пограничные стычки достаточно не так долго осталось ждать приелись парне – его голодная до подвигов душа жаждала чего-то большего, и он знал, где это большее необходимо искать. Финиш 80-х годов XV века он совершил под палящим марокканским солнцем, участвуя в осаде Танжера крестоносным ополчением. Тогда же Васко вступил в католический воинский орден рыцарей Сантьяго, совсем избрав войну с «неверными» делом всей жизни.

Но, как водится, будущее снова перетасовала колоду, и ремесло крестоносца стало очередной несостоявшейся карьерой молодого да Шумы (наровне с монашеством).

Портрет молодого Васко

Марокканская кампания принесла Васко первую известность. По возвращении к себе он отправился в Лиссабон, где был представлен ко двору. Попал он, что именуется, «из огня да в полымя» — у побережья страны свирепствовали французские пираты, каковые, ко всему другому, захватили королевский «золотой» конвой, шедший из Гвинеи.

Жуан II рассудил, что юный храбрец Марокко, приятель, к тому же, с корабельным ремеслом, превосходно подойдёт на роль проводника монаршего бешенства и в первой половине 90-ых годов пятнадцатого века приказал нанести ответный удар по французским торговым эскадрам, курсировавшим вблизи португальских берегов. Да Шума на замечательном армейском корабле прошёл на протяжении побережья страны, захватывая и сжигая всё, что плавало под флагом с лилиями. Каперство стало третьей и последней из его несостоявшихся профессий.

В то время, когда весной 1493 года Васко да Шума с победными вестями возвратился ко двору, случилось событие, поменявшее как его жизнь, так и целый движение всемирный истории. Из Нового Света на доверху нагруженной диковинами каравелле под испанским флагом возвратился Христофор Колумб. В ярко освещённой зале в окружении придворных король Жуан II принимал человека, сделавшего, как тогда казалось, неосуществимое.

Он уже не был несложным сыном генуэзского ткача и мечтателем – перед добропорядочной публикой стоял храбрец. Многие, включая короля, пожалели, что не приняли некогда его рассказы всерьёз и отказали в снаряжении экспедиции. Находился на данной личной встречи и Васко да Шума.

Быть может, именно там, среди толпы перешёптывающихся придворных, он, наконец, осознал, какой жребий ему уготовила переменчивая фортуна.

При всей сенсационности совершённого Колумбом открытия, в нём угадывалось одно важное несоответствие. В распоряжении европейцев уже были определённые сведения об Индии, полученные, а также, и от Марко Поло, и эти описания никак не соотносились с рассказами дона Христофора. Нет, почва, которую открыл Колумб, определённо не была Индией.

Куда макар телят не гонял

Храбрецы вышли в океан открытый

И бороздят валов мятежных гривы.

Корабль летит и, пеною омытый,

Взрывает гладь жемчужную заливов.

И белый парус, ветрами обвитый,

Над океаном реет горделиво.

И прочь мчатся, в страхе цепенея,

Стада детей бесчисленных Протея.

Луиш де Камоэнш, «Лузиады», песнь I, стих 19

В 1495 году, по окончании смерти Жуана, на португальский престол взошёл новый король. Ввиду отсутствия у усопшего монарха живых сыновей им стал представитель младшей ветви Ависской династии герцог Мануэл Визеу, короновавшийся под именем Мануэла I. Уже позже, спустя десятилетия, народ дал ему прозвище «Радостный».

Мануэл I Радостный

Новый король всерьёз вознамерился закончить начатое Бартоломеу Диашем и достигнуть берегов Индии. К слову, в адмиралы нового похода прочили как раз Диаша, но Мануэл решил по-второму. Не было человека, кто знал, как встретят в сказочной Индии португальцев, исходя из этого тут нужен был не только умелый мореход, но, первым делом, человек с армейским опытом, стойкий и решительный.

Как раз такими качествами, согласно точки зрения короля, владел бывший капер и крестоносец Васко да Шума. Историк XVI века Гаспар Корреа дал очень высокомерное описание будущего первооткрывателя и встречи короля:

«в один раз король сидел в зале, где он трудился за столом, давая приказания. Случайно король поднял глаза, в то время, когда по залу проходил Васко да Шума. Он был его придворным, человеком добропорядочного происхождения… Данный Васко да Шума был скромным, смышлёным и храбрым человеком.

Король задержал на нём собственный взгляд, сердце его дрогнуло, он подозвал его, и, в то время, когда тот преклонил колено, король сообщил: «Я буду рад, если вы возьмётесь совершить поручение, где будет необходимо большое количество потрудиться».

Васко да Шума поцеловал руку короля, ответив: «Я, правитель, слуга ваш и выполню любое поручение, хотя бы оно стоило мне жизни».

Доподлинно неизвестно, так ли было в действительности, тем более что сам Корреа показался на свет только спустя год по окончании этих событий.

Король не жалел средств на подготовку экспедиции. Для судов был выделена отличная древесина, заготовленная ещё при Жуане II. Постройкой руководил лично Бартоломеу Диаш.

Как раз ему принадлежала мысль заменить косые паруса четырёхугольными, а сами корпуса сделать более массивными и владеющими громадным водоизмещением. В соответствии с его коррективами были выстроены «Сан-Сан» и «Габриэль-Рафаэль», оба с водоизмещением в 120–150 тысячь киллограм. Двумя вторыми судами эскадры стали чуть меньшая в размерах каравелла «Берриу» и так называемая «ретонда» — судно-склад, транспортирующее провизию, ремонтные материалы и другое нужное.

Сам да Шума поднял собственный штандарт на флагмане «Сан-Габриэль». Руководство «Сан-Рафаэлем» принял его брат Паулу, на мостик «Берриу» заступил умелый Николау Коэлью, а «ретонда» была доверена Гонсало Нуньешу.

До тех пор пока на верфях шли работы, придворные картографы также не сидели без дела – они собирали воедино все сведения, которыми располагали и каковые имели возможность понадобиться экспедиции. Переводились на португальский и узнаваемые записки арабских мореходов. Не побрезговали и очень популярной в то время астрологией, обратившись за предсказанием к прорицателю и известному астроному, иудею Аврааму Закуту, что посулил экспедиции успешный финал.

Покинем вторым рассуждения о роли высших сил в начинании да Шумы. Увидим только, что несколькими годами ранее Авраам Закут подобным образом предсказал открытие Индии и Христофору Колумбу.

По приказу короля экспедицию должны были усилить самые умелые моряки страны, среди них и те, кто когда-то плавал с Диашем. Неспециализированное число участников похода составило примерно 170 человек. На суда грузили порох, оружие, товары и провизию, каковые, по плану короля, имели возможность стать предметом торговли с заморскими торговцами.

В их число входили стеклянные бусы, сукно, мёд в древесных бочонках, зеркала и другая утварь, произведённая руками европейских умельцев. Осознавая всю важность миссии да Шумы, король Мануэл наделил его широчайшими полномочиями:

«В зависимости от того, что он считал более подходящим, имел возможность воевать либо заключать мир, делаться торговцем, солдатом либо послом и, со своей стороны, отправлять консульства к правителям и королям и писать письма за собственной подписью, как он обнаружил нужным… потому что король думал, что Васко да Шума сам будет знать, что следует сделать, поскольку он всё более и более нравился королю».

Маршруты португальских и испанских первооткрывателей эры Великих географических открытий

Наконец, к лету 1497 года все изготовление были закончены. Жарким днём 8 июля, отстояв праздничный молебен в присутствии короля, офицеры и моряки взошли на суда и покинули гавань Лиссабона, отправляясь в неизвестность. Остаток лета и солидную часть осени эскадра шла на большом расстоянии от африканского берега, опасаясь сильных встречных ветров.

Дни сменялись днями, матросская рутина поглотила экипажи, а сам адмирал коротал вечера над записями Марко Поло, опять и опять рисуя в собственном воображении желаемую Индию.

В первых числах Ноября было решено причалить к берегу, дабы совершить нужные ремонтные работы и пополнить запасы пресной воды. Бухту, лежащую между 32 и 33 градусами южной широты, в которую 4 ноября вошла эскадра, назвали Святой Еленой. До тех пор пока одни приводили суда в порядок, другие изучили новую почву в отыскивании людей.

Уже на следующий день португальцам встретились пара аборигенов, одного из которых удалось поймать.

С трудом, при помощи жестов европейцы смогли ему растолковать, что они не неприятели его народу. Негра усадили за стол и накормили, а скоро к лагерю вышли ещё полтора десятка его соплеменников. Очевидец так обрисовал местных обитателей:

«У обитателей данной страны кожа тёмно-коричневая. Еда их складывается из мяса тюленей, китов и газелей и из корней трав. Они одеты в шкуры и вооружены копьями из масличного дерева, на финишах копий укреплены закалённые на огне рога.

У них большое количество псов, и эти собаки похожи на португальских и лают так же. Птицы в этом государстве также весьма похожи на португальских – это кормораны, галки, горлицы, жаворонки и многие другие».

И не смотря на то, что было разумеется, что торговать с небогатыми аборигенами не выйдет, а переводчики вряд ли смогут отыскать с ними неспециализированный язык, отношения между африканцами и европейцами установились в полной мере дружественные, так что моряки имели возможность отдыхать и делать собственные дела, ничего не опасаясь.

Но скоро всё изменилось. В один из дней португалец Фернао Велозо решил подробнее разведать, как живут аборигены, и увязался за их маленькой группой, следовавшей в родную деревню. Солнце клонилось к закату, в то время, когда размеренную судьбу португальского лагеря потревожили крики Велозо, а через пара мгновений на берегу показался и он сам, улепетывающий от толпы разъярённых негров.

Что для того чтобы сделал в местной деревеньке данный солдат, дабы так разозлить её население, осталось тайной, но за ним в далеком прошлом закрепилась репутация любителя и задиры ввязываться в конфликты, исходя из этого, возможно, таковой финал был делом в полной мере закономерным.

Португальцы ринулись на защиту товарища, завязалась потасовка, на протяжении которой показались пострадавшие с обеих сторон, включая самого да Шуму, взявшего стрелу в ногу. Уступавшие в численности, но превосходящие местных во всём остальном, европейцы смогли отразить данный натиск и отбить собственного, но всем стало ясно, что спокойным дням в бухте Святой Елены пришёл финиш. Спустя два дня, 16 ноября, португальская эскадра вышла в открытое море и продолжила собственный путь.

22 ноября флотилия обогнула мыс Хорошей Надежды и начала двигаться на Северо-Восток.

Продолжение

Литература:

  • Камоэнс Л. Сонеты. Лузиады, пер. О. Овчаренко, М.: ЗАО Изд-во ЭКСМО-Пресс, 1999. – 504 с.
  • Келли Д. Порох. От алхимии до артиллерии: история вещества, которое поменяло мир, пер. А. Турова, М.: Колибри, 2005. – 340.
  • Кунин К. И. Васко да Шума, М.: Молодая гвардия, 1947. — 324 с.
  • Можейко И. В., Седов Л. А., Тюрин В. А. С мушкетом и крестом, М: Наука, 1966. – 256 с.
  • Субботин В. А. Великие открытия. Колумб. Васко да Шума. Магеллан. — М.: Изд-во УРАО, 1998. — 272 с.
  • Харт Г. Морской путь в Индию, пер. Н. В. Банникова, М.: Издательство зарубежной литературы, 1954. – 339 с.

Все продать и уехать в Индию. Бомжетур ч.1


Удивительные статьи:

Похожие статьи, которые вам понравятся: