Жизнь станет лучше

Курс бигмака против курса польской картошки
Жизнь станет лучше, но лучше — это совсем не обязательно богаче либо гламурнее. При нынешнем кризисе прогнозы вряд ли смогут быть экономическими.
Прогнозы смогут быть разве что политэкономическими либо системными, историческими. И в этом смысле улучшение судьбы будет обусловлено выползанием из очередной иллюзии. Либо вползанием в следующую.
Обвал гривни, конечно же, продолжится. А НБУ продолжит ненужное расходование золото-валючных резервов на удерживание курса гривни. С позиций вероятных коррупционных заинтересованностей такое расходование в полной мере оправданно.
Парадокс в том, что и со взятками — запрещено, и без коррупции — никак. Не хорошо, что уровень коррупции превышает возможность управления совокупностью.
Если бы Национальный банк вправду желал ослабить доллар США (и для этого бы существовали объективные показатели), то он вышел бы на рынок с его предложением по большой цене, потому, что спрос по большой цене легче всего удовлетворить. И последовательно продолжал бы эту стратегию по мере понижения курса. Для этого не требуется быть торговым либо банковским гением.

Такую линию может вам посоветовать любой мало-мальски здравомыслящий человек.Жизнь станет лучше При реализации таковой стратегии включаются все наличествующие инструменты — среди них и важный психотерапевтический фактор.
Но в то время, когда Национальный банк сознательно предлагает цену продажи существенно ниже большого спроса (мы же не можем допустить, что в НБУ не обладают информацией о ситуации на валютном рынке), то его подлинные намерения совсем иные. Он не желает опускать курс американского доллара, он желает его немного поднять. А попутно на этом получить.

Потому, что отличие между предложением и спросом возможно мгновенно присвоить, ограничивая доступ к свободной его покупке.
Нам смогут говорить каждые сказки о глубокой также , но пока в украинских магазинах будет продаваться польская картошка, гривня останется переоцененной. Со всеми вытекающими из этого последствиями для украинских производителей.
финансовый кризис — фактор, что вскрывает многие тайны политиков и политики, кроме их жажды. Одновременно с этим кризис есть если не спасением, то некоей отсрочкой платы по квитанциям для оранжевой власти.
Кризис сравнивают с ударом молнии, не смотря на то, что это вряд ли справедливо кроме того для Америки либо Европы. А уж для Украины (да и всего остального мира) по окончании того, что случилось с экономикой Америки, это никак не могло быть громадной неожиданностью. Потому, что разумеется, что уровень зависимости глобальной экономики от экономики США таков, что кризиса не удастся избежать никому.
Имеет суть сказать лишь о том, какова будет расплата за эту зависимость: то ли в топке кризиса сгорят все ресурсы (денежные конкретно), то ли что-то еще останется на развод…
Сейчас в управлении страны нет людей, каковые в действительности знают, что происходит с всемирный экономикой и какие конкретно возможности в этом ходе вырисовываются для Украины. Их до тех пор пока мало и в управлении других государств, но в том месте и неприятности пара иные — не столь острые. Не смотря на то, что имеется надежда, что количество осознающих людей, хотя бы под действием нарастающего кризиса, будет все же возрастать.

Большая часть же пока не знают, что вчерашняя экономика закончилась окончательно.

Они бегутза сладкой либеральной морковкой. Все прогнозы, все лозунги и планы строятся на скором возврате во вчерашний сутки. Это тщетные, дорогостоящие иллюзии.
Тяжело спорить с тем, что на спекуляциях по обвалу гривни нагрели руки и Национальный банк, и Кабмин. Причем еще неизвестно, кто из них больше. Многие аналитики предрекают неизбежные социальные бунты.

И они бы уже давно происходили, если бы общество не было так разобщено и фрагментировано.
Сказать, что власть была не готова к кризису, — это ничего не сказать.
Власть сама продуцирует кризис по всем направлениям. Неприятность в другом: какова будет реакция фрагментированного общества на неизбежное падение уровня (и без того низкого) жизни несложных граждан. Как реагируют на это в Европе — в Греции, к примеру, либо сейчас в Прибалтике, — мы знаем.

В том месте громят банки, магазины и пр.

Массовые беспокойства в Латвии стали реакцией на замысел правительства по стабилизации экономики, что предусматривает сокращение затрат всех национальных учреждений на 15%, замораживание заработных платов бюджетникам, и увеличение налогов. Латвия переживает самый экономический кризисв ЕС. А ведь настоящие неприятности в Европе еще и не начинались.
Но в Украине все обстоит по-второму. И не вследствие того что мы еще не готовы к евроинтеграции. Не смотря на то, что и это правда. Но в отечественной основной особенности — очевидной фрагментированности общества — имеется и основное преимущество (в случае если возможно так сообщить) власти.

Суть его в том, что отдельные фрагменты социума по-различному относятся к негативным событиям в зависимости от вектора по линии восток- запад. Они согласны мириться как бы со своим негативом и готовы выступать только против чужого.

Потому и нет консолидированной оценки власти со стороны общества. Не смотря на то, что это будет и дальше неминуемо увеличивать размежевание между фрагментами до того уровня, на котором отдельный фрагмент сможет быть управляемым.
Наверное, малые экономики (не только в Украине) выжить самостоятельно вправду не смогут. Пережить кризис без падения уровня судьбы населения не удастся никому. Но экономики маленьких (в смысле экономического потенциала) государств упадут первыми.
Отечественный кризис намного острее, чем в Европе либо США, не только вследствие того что отечественная экономика маленькая, но еще и вследствие того что у них суверенная денежная совокупность, а отечественные финансы жестко осуществляет контроль МВФ. И это, быть может, самый сильный фактор сегодняшнего кризиса в Украине. Если не сообщить убийственный.
Нам нужно безотлагательно прислониться к чему-нибудь. Если не к Евросоюзу, то к чему-то настоящему. Не к тому, что нам нравится либо грезится в мечтах, но реально осязаемому.

Необходимо искать, кто нас может реально поддержать. И искать скоро. Разумеется, что при продолжении политики прорыва в Североатлантическом альянсе (хоть чучелом) ни на чью помощь нам рассчитывать не приходится.

У Запада собственные неприятности. А кризис увеличивается.

Тогда остается лишь картошка и натуральное хозяйство на приусадебных участках. Деньги забрать будет неоткуда, потому, что мы ничего не реализовываем и ничего не производим уже сейчас. Именно на половине Юлиного прорыва деньги и закончилось.

Не допрорвались как бы.
2009 год ответит на вопрос, сможем ли мы жить без внешнего вмешательства.
Если судить по тому, как развиваются события на полях газовой войны, одно внешнее прикрытие мы уже нашли. Мы находимся под управлением МВФ. Сейчас будем еще и под управлением газового мониторинга ЕС.

И совсем не обязательно это будет согласованное, непротиворечивое управление.

Скорее напротив. И это неизбежное, заложенное изначально несоответствие будет превращать Украину в поле разрешения противоречий, совсем далеких от украинских заинтересованностей. И начнёт разрывать страну на части.

Уже на данный момент неприятности Европы решаются за отечественный счет, потому, что останавливаются украинские меткомбинаты и химзаводы.
В 60 секунд уныния (которое по христианским представлениям есть смертным грехом) полезно возвращаться к истокам понятий, повергающих нас в это состояние. Обратившись к исходному значению греческого слова кризис (различаю, сужу), осознаёшь, что на протяжении кризиса становятся различимы кое-какие очень важные основополагающие связи и системные представления, каковые нас, фактически, и довели до него.
Кредит — это так как создание денег как бы из воздуха. Деньги появляются в момент получения заемщиком кредита. Банки, выдавая кредиты, практически печатают деньги, каковые ничем не обеспечены.

Причем печатают неограниченно — были бы желающие брать кредиты.

А деньги процента на кредит тем более ничем не обеспечены, потому, что это вторичные деньги из денег из воздуха.
Потому банковский процент — это чистая инфляция. Неограниченное кредитование — это бумажная пирамида, которая изначально обречена на обвал.
Но валютный кредит, не считая другого, додаёт к проценту на кредит большой процент на валютные риски. Это двойной либо тройной процент. Это уже прямое мошенничество и открытое ростовщичество.
Сегодняшний кризис в Украине — пример того, во что преобразовывается денежная совокупность, в случае если государство никак не ограничивает ни кредит, ни процент на кредит. Более того, украинское правительство само участвует и в строительных работах пирамид, и в ростовщичестве. Власть сама сооружает пирамиды и сама их в условный час разрушает.

Вы желали такую власть?

Вы ее имеете.
Что в итоге? В итоге пир сильных: банкротства, укрупнения и поглощение — классика либерального капитализма. Передел рынков и собственности.

С молотка отправится не только небольшая банковская рыбешка, но и большая наподобие ПИБа и пр. Где тут найдется место для среднего класса? Где место для мелкого украинца?

По всей видимости, опять на Майдане: Юля — так! Ющенко — так! Либо не так?
Те представления о мире либерального капитализма, каковые мы вычисляли настоящими и подлинными, были призрачными, как утренний туман. Потому, что основное содержание либерального капитализма — это отнюдь не гламурное благоденствие судьбы среднего класса в долг, а неизбежный кризис при снова- таки неотвратимой уплате по квитанциям.
Различимо делается то основное событие, что унынию в обязательном порядке предшествует второй смертный грех — гордыня. И то событие, что мы предпочли подлинным сокровищам мнимые. Сейчас у нас покажется возможность опять обратиться к подлинным сокровищам.

Возможно будет больше общаться с приятными нам людьми, а не только с партнёрами и коллегами. Возможно предаваться творчеству, на которое ранее недоставало времени, просматривать книги, писать их и пр.

Жизнь станет в обязательном порядке лучше, в случае если мы таковой радостной возможностью воспользуемся.
На мировой арене направляться отметить два ответственных события — это кавказская война и избрание Б. Обамы. Причем кавказская война была для Украины не таким уж внешним событием, скорее напротив — оранжевые сделали нас практически ее участниками на стороне зачинщика конфликта. Последствия эти лишь начинают проявляться, и никто на данный момент не возьмется угадать их количество.

Разумеется, что политики этого не знают и недооценивают.
Сейчас Российская Федерация сочла себя всецело свободной в выборе политики относительно Украины. Ющенко собственной демонстративной помощью Грузии высвободил Россию от дружеских пут. Похоже, вопрос сохранения украинской государственности уже не зависит от оранжевой власти, которая в стране сейчас ничего не осуществляет контроль.

Мы находимся под двойным внешним управлением: с одной стороны, нами руководит МВФ, а с другой — нас мониторит ЕС по функции газового транзита. Все национальные институции и суды разобраны кланами и кланиками. Из этого до интернационального полномочия на управление страной один лишь ход.
Специалисты справедливо утверждают, что в случае если Украина недееспособна в функции транзита газа, то она недееспособна и во всех остальных функциях. Страна по сути потеряла суверенитет. Вопрос в том, найдется ли в Украине политическая сила, талантливая осуществлять контроль обстановку в стране, и вероятно ли ее появление в принципе без воли на то России и Запада.

Не делайте это! И жизнь станет лучше


Удивительные статьи:

Похожие статьи, которые вам понравятся:

Вы можете следить за комментариями с помощью RSS 2.0 ленты. Комментарии и трекбеки закрыты.

Comments are closed.